Зона разумного выбора
Меня просили дать здесь обзор правых партий, но в этом, я полагаю, необходимости нет, и так все друг друга обзирают с утра до вечера. С другой стороны, резоны своего выбора я могу изложить. Поскольку в прошлом это не раз затрагивалось, и я не интимничал, вряд ли удивлю теперь многих.

1. Начать лучше с того, что я полагаю правильным голосовать и всегда голосую на выборах. Причины тут более или менее очевидные: тот, кто не голосует, увеличивает удельный вес каждого из поданных голосов, включая и те голоса, что отданы за самые несимпатичные ему партии. Помимо этого практического резона, есть еще один, который я затрудняюсь определить одним словом, но состоит он примерно в следующем.

Демократия представляется мне очень ущербной формой правления, приходящей во всё более явное противоречие с какими-то фундаментальными вещами в плане организации общества, решения встающих перед ним задач и даже т.н. «положения человека». Количество вранья, которым всё это пронизано, не может не угнетать. Постоянно сужающееся поле содержательного в публичной политике, очевидная манипулятивность политтехнологий (от этого слова меня тошнит), выигрышность наиболее поверхностных и уплощенных messages, явное несовпадение качеств, необходимых для прихода во власть, с качествами, необходимыми для успешного отправления власти, и т.д. Говорить на эту тему можно долго, и немало уже говорено. Но, подобно знаменитому толстяку, я не нахожу убедительной альтернативы этой тошнотворной механике. И не умея указать, хотя бы себе самому, на альтернативу, я полагаю правильным делать то, что от меня зависит, в рамках демократической парадигмы. Можно сказать, не позволяю себе отвернуться и плюнуть.

Здесь я рискую навлечь на себя аргументы тех, кто счастливым образом убежден в том, что демократия на самом деле весьма хороша, только вот в Израиле она недостаточно демократическая, или «на самом деле не демократия», или ещё как-то. Плиз, не надо. К полемике по этому вопросу я не стремлюсь, а в данном случае ей и вовсе не место, поскольку я всего лишь излагаю свои резоны применительно к нашим, израильским выборам. В них я участвую, хотя и не жду от них слишком многого.

2. Я полагаю неправильным голосовать «для понта» или, как теперь выражаются на иврите, בשביל הקטע. Такую форму голосования считают завуалированным выражением общественного протеста, разочарования в существующих партиях и т.д., но мне эта форма кажется очень глупой, кого бы она ни делала королем на час – Цомет образца 1992 года, Шинуй при Лапиде, пенсионеров в 2006 году или зеленых/канабисных/права-мужчины-в-семье, всё еще ждущих своего часа. Голосуют «для понта», а потом удивляются, наблюдая за тем, как игрушечные избранники не понарошку рулят. В эту каденцию серьезных голосований не было, поэтому разборки у пенсионеров, включая ангажемент Гайдамака, можно было наблюдать как дурацкий спектакль и только, а вот с Алексом Мицубиши и прочими гномами из-под Рафуля избиратели Цомета получили некогда море заслуженного удовольствия.

Если разобрать голосование «для понта», в сухом остатке будет такая примерно формула: я закрываю глаза на реальную сложность и объемность проблем, отказываюсь от серьезного выбора (т.е. фактически признаю для себя несостоятельность демократии или, допустим, израильской демократии) и голосую за нечто третьестепенное, лишь бы этим третьестепенным был не вызывающий у меня протеста лозунг: ущучить харедим, права пенсионеров, охрана окружающей среды, легализация легких наркотиков и т.п. Потом происходит столкновение игрушечного выбора с политической действительностью, и люди разочарованно отворачиваются от тех, за кого они проголосовали «для понта». Например, процент израильтян, испытывающих острую неприязнь к харедим, вряд ли существенно изменился с 2003 года, но на выборах в Кнессет XVI созыва Шинуй получил 15 мандатов, а три года спустя – нуль. Права пенсионеров накрутили в прошлый раз семь мандатов, а сейчас балансируют на грани электорального барьера. И т.д.

Короче, за Але ярок я бы не стал голосовать и в том случае, если бы сочувствовал идее легализации легких наркотиков. Их пустишь марихуану лоббировать, а они потом будут голосовать, как большие, за отступление с Голанских высот или что-нибудь в этом роде.

3. Сегодняшнюю популярность НДИ я рассматриваю как синдром голосования «для понта». То, что «понтом» в данном случае стало накопившееся раздражение израильтян в связи с нелояльность, наглостью и цинизмом политического руководства израильских арабов, имеет второстепенное значение. На самом деле, это даже хуже.

Попробую объяснить про хуже. Арабы нам враг, и израильские арабы, в силу целого ряда причин, не являются исключением из этого правила. Да, пятая колонна. К этому состоянию они приближаются под воздействием многих факторов, большей частью нам неподвластных. В их числе - ощущаемый во всем мире драйв воинствующего ислама. Или развитие телекоммуникаций, превращающее арабский мир в целом в более или менее единое идейно-политическое пространство. Конечно, палестинизации и радикализации израильских арабов также и препятствуют многие факторы, но они всё чаще оказываются слабее факторов противоположной направленности. Туда дует ветер.

Наличие врага предполагает необходимость борьбы и защиты собственных интересов. Но их защита тем более затруднительна, чем менее респектабельна. Делаясь предельно одиозной, она становится почти невозможной.

Требование декларации о лояльности как условия для получения гражданства – пустой и нелепый номер. Такой декларации можно требовать от иммигрантов, но не от тех, кто родился в данной стране, имея своими родителями ее граждан. Насколько я знаю, правовой нормы подобного рода нет нигде в мире, и в Израиле тоже не будет, сколько бы мандатов ни набрал теперь Либерман. Вообще, чем более ле-пенообразной будет полемика по вопросам, связанным с арабской проблемой в Израиле, тем более она будет проигрышной для нас. В этом смысле Либерман удобен арабским партиям: не только как пугало, с помощью которого они стимулируют свой электорат участвовать в выборах, но также и в качестве легко узнаваемого redneck. Этот образ легко маркировать, а вместе с ним – вообще любую форму политической рефлексии на тему (не)лояльности израильских арабов.

Практически именно у Либермана и его партии будет меньше всего возможностей сделать что-либо полезное в целях укрепления еврейских интересов в Израиле. Тут можно и намерения поставить под сомнение, учитывая, что именно Либерман, будучи министром национальной инфраструктуры, санкционировал присоединение десятков незаконных арабских деревень к государственной системе электро- и водоснабжения, дав таким образом зеленый свет дальнейшему разграблению земель. Но допустим, что намерения НДИ сегодня адекватно отражаются их предвыборной пропагандой. Чем больше такой пропаганды, тем меньше шансов добиться чего-то осмысленного.

Сегодня много говорят о том, что усиление НДИ может привести к ситуации, которая лишит правых власти. Здесь, если конкретно, подразумевается вариант, при котором НДИ еще немножко усилится, Ликуд еще немножко потеряет и сравняется или почти сравняется с Кадимой. В этом случае у Кадимы появится возможность требовать ротационного правительства: два года Биби премьер-министр, два года Ципа. То, что Нетаниягу уже сто раз объявил главной ошибкой своей первой каденции создание «узкого» правительства (читай: без Аводы) в 1996 году, этим опасениям способствует: Биби теперь как бы подписан на коалицию с кем-то из левых. Но для того, чтобы требование о ротации сработало, Кадима и Авода должны прочно договориться между собой. Гипотетически такая возможность существует. Другой вариант, при котором НДИ порекомендует Ципу на пост премьера, представляется мне надуманным.

Но важнее, мне кажется, не это. Согласно опросам, хренова куча правых голосов уйдет на то, чтобы провести в Кнессет полтора десятка либермановских покемонов (не помню, кому в ЖЖ обязан этим удачным определением). Узнаваемо правых там Узи Ландау и Давид Ротем, есть несколько узнаваемо левых. Что будет, если главного знатока по-арабски всё же отправят под суд? Бен Каспит поспрашивал в НДИ основательно и пришел к выводу, что вариант, при котором лавочку возглавит Ландау, абсолютно нереален. Про Ландау там все говорят как про ангажированного для выборов игрока, не более того. А что будет? Тут можно гадать. Одни убегут направо, другие налево. Или достанется большая партия Стасу Мисежникову und Софе Ландвер. В общем, очень ясное будет «послание правительству». Такое ясное, что не понять невозможно.

Еще Бен Каспит с помощью сложного литературного хода объяснил активизацию следственной процедуры перед выборами. Примерно так: «они», т.е. прокуратура и полиция, понимали, что это принесет Либерману дополнительные голоса, но им наплевать, будет у него 10 или 20 мандатов. Им важно не допустить его назначения на какой-нибудь чувствительный пост, и как раз этому активизация следствия служит вполне. Например, возможности требовать портфель министра внутренней безопасности у Либермана не будет. А уж пройдет ли там в Кнессет вместе с Анастасией Михаэли еще и Юлия Малиновская, никому не интересно. Пусть и она побалуется, почему нет?

Если предположить, что Либерман – клиент отыгранный, становится понятно, почему СМИ не боятся подыгрывать ему постоянной антирекламой в условиях драйва, который явно обращает любую критику в дополнительные проценты поддержки. Ясно, что вторая десятка НДИ левых устраивает в сто раз больше, чем четвертая десятка Ликуда.

Всё это – даже не поминая Мартина Шлаффа и не касаясь политической программы НДИ, которая лишь немногим отличается от Женевской инициативы и других подобных проектов. Настоящая черная дыра, иначе не скажешь. Но проголосовать «для понта» возможность есть: ух, как все они утрутся от восемнадцати мандатов Ивета!.. Пять минут удовольствия вечером во вторник понтярщикам гарантировано.

4. Зоной разумного выбора, с моей точки зрения, является Ликуд – МАФДАЛ (ЕД) - Ихуд леуми. Резоны тех, кто сегодня голосует за Ликуд, мне понятны. Кстати сказать, Фейглин при этом никакой роли в моих глазах не играет. Мне очень не понравилось то, что устроил вокруг него Биби, но не присутствие Фейглина в списке Ликуда делает голосование за эту партию осмысленной опцией, с моей точки зрения. Напротив, я лишний раз поражаюсь политическому чванству Фейглина и его хлестаковским манерам, когда он заявляет, что лучшим для национально-религиозного лагеря результатом этих выборов был бы такой вариант, при котором и МАФДАЛ, и Ихуд леуми не преодолеют электоральный барьер. Допускаю, что многим, напротив, эта его позиция покажется симпатичной. На здоровье.

Итак, серьезных возражений против голосования за Ликуд у меня сейчас нет. Состав у них в этот раз неплохой, у Биби удалось выудить кое-какие внятные обязательства, потребность в усилении Ликуда реально существует. Но при этом для себя лично я полагаю правильным голосовать правее Ликуда, коль скоро опросы оставляют связанные с этим опции на плаву. Тут я сразу же отказываюсь обсуждать какую-то абстрактную правизну, образ которой заимствуется некоторыми жежистами из несуществующей политической палаты мер и весов. Посвященные этому пласты изящной словесности наводят на меня скуку. Конкретно в израильских условиях деление на правых и левых проходит по линии отношения а) к перспективе территориальных и политических уступок арабам; б) к вопросам еврейской самоидентификации государства. Даже экономика здесь вторична.

В единственно интересном мне смысле деления на правых и левых и МАФДАЛ, и Ихуд леуми находятся правее Ликуда. Я полагаю очевидным, что ни та, ни другая партия не смогут помешать Ликуду, если он вознамерится отдавать территории. В этом отношении вопросов не осталось уже после Кемп-Дэвида (1978). Таким образом, выбор между МАФДАЛом и Ихуд леуми является, на мой взгляд, выбором политического стиля – и только. Один и тот же десяток мандатов, который делят то так, то иначе, и чем больше делят, тем меньше от него остается.

Лично мне стиль МАФДАЛа нравится больше. И к тому же мне сильно не понравилось вероломство Текумы (основная фракция ИЛ) по отношению к комиссии Амидрора, созванной под однозначное обязательство объединявшихся фракций принять ее решение по избирательному списку, каким бы оно ни оказалось. Приличные люди так себя не ведут.

Звулун Орлев далек от того, чтобы быть моим героем, но и какой-то специальной неприязни я к нему не испытываю. От того, в какой момент он покинул правительство Шарона в 2004 году, ничего не зависело. Голосовал он в правительстве против «одностороннего отделения» и не оставлял сомнений в том, что проголосует против в Кнессете, с автоматическим увольнением из правительства (было понятно, что голосование состоится как «вотум доверия»). Поднятый тогда вокруг него шум был связан прежде всего с личными амбициями Эфи Эйтама, доказавшего своим последующим поведением, что его политическое чутье не многого стоит.

МАФДАЛ и с Орлевом, и без него не выступит с инициативой территориальных уступок и не поддержит такие уступки. Люди там сильно чище, чем в Ликуде. Их патронаж учебным заведениям национально-религиозного сектора в израильских условиях реально необходим. Гершкович мне симпатичен, Ури Орбах – очень симпатичен. Из поселенцев там в первой десятке Нисан Сломянски (Элькана, №4), Сар-Шалом Джерби (Мицпе-Йерихо, №5), Сара Розанек-Шоршан (Кфар-Даром, теперь в Кфар-Адуммим, №7) и Офир Коэн (бывший директор мидраши в Кфар-Даром, жил там пятнадцать лет, №9). Что десятью мандатами там не пахнет, мне объяснять не надо.

Не знаю, как бы я голосовал, если бы опросы не давали сегодня шансов МАФДАЛу. В некоторый момент я был так зол на Ихуд леуми за новый раскол, что сказал бы, что скорее проголосую за Ликуд, чем за ИЛ. Теперь, может быть, предпочел бы ИЛ, не будь у МАФДАЛа шансов. Но коль скоро таковые есть, этот вопрос для меня не актуален. Желаю обеим партиям максимальных достижений на выборах и в дальнейшем.