yaqir_mamlal (yaqir_mamlal) wrote,
yaqir_mamlal
yaqir_mamlal

статья ДК, посвященная 60-летию Синайской кампании. Часть II

"Вести", 3 ноября 2016

Восьмидневная война на Синае

Дов Конторер

Окончание. Начало здесь.

Политически Великобритания и Франция подключились к Синайской кампании 30 октября 1956 года, на следующий день после начала израильского наступления. В этот день они блокировали на заседании Совета Безопасности ООН американский проект резолюции, требовавший немедленного прекращения огня и отвода израильских сил к линии перемирия, установленной по итогам Войны за независимость. Позже США без труда провели свой проект как резолюцию Генеральной Ассамблеи ООН, но, в отличие от решения Совбеза, такая резолюция не имела обязательной силы.

Следуя достигнутой в Севре тайной договоренности с Израилем, Лондон и Париж обратились 30 октября к обоим участникам конфликта с ультиматумом, требуя, чтобы их вооруженные силы не подступали к Суэцкому каналу ближе, чем на 10 миль, или 16 километров. Израилю было легко подчиниться этому требованию, а правительство Египта, которому оно и было фактически адресовано, ожидаемым образом отказалось вывести свои войска из зоны канала. В ответ на это британские и французские ВВС начали бомбарировку аэродромов и других военных объектов Египта, расположенных, главным образом, к западу от Суэцкого канала. В тот же день, 31 октября, французские корабли обстреляли укрепленные позиции египтян в районе Рафиаха, на юге сектора Газы, не продемонстрировав при этом, однако, особенной точности и эффективности своего огня.

Строго говоря, англо-французская десантная операция в зоне канала должна была начаться через 36 часов после высадки израильтян у перевала Митле, но союзники Израиля приняли иное решение. Сообщения разведки о начавшейся переброске крупных египетских сил на восток Синайского полустрова побудили их отложить свою наземную операцию - с тем, чтобы как можно больше египетских войск было перемолото ЦАХАЛом, и последующее сопротивление египтян англо-французскому десанту в зоне канала оказалось минимальным. Тем не менее, уже и один только факт присоединения боевых кораблей и военно-воздушных сил Великобритании и Франции к военным действиям против Египта побудил египетское командование распорядиться 1 ноября об отступлении с Синая.

Произвести организованный отвод своих войск в зону канала Египет не смог: отступление его частей, атакуемых передовыми силами ЦАХАЛа, превратилось в паническое бегство, и 5 ноября, с завершением израильского наступления на Синае, англо-французские силы начали высадку в северной части зоны Суэцкого канала. Захватив города Порт-Саид и Порт-Фуад, они двинулись на юг и заняли Кантару, однако завершить реализацию своего оперативного плана англо-французские силы не смогли из-за сильнейшего политического противодействия со стороны США и СССР.

Основные противники в холодной войне, решительно соперничавшие друг с другом едва ли не в каждой точке земного шара, оказались по одну сторону баррикад в связи с фактом совместных действий Израиля, Великобритании и Франции против Египта. Таким образом, в истории НАТО случился беспрецедентный кризис, с которым позже сравнилась только греко-турецкая война 1974 года.


* * *

Каждая из великих держав руководствовалась собственными интересами применительно к событиям Суэцкого кризиса. Поведение Советского Союза было, в общем, естественным: он поддерживал Насера как своего военного и политического клиента и как одного из лидеров Третьего мира, вставшего на путь конфронтации с Западом. Логика поведения Соединенных Штатов была сложнее, поскольку Великобритания и Франция были союзниками Вашингтона, Израиль настойчиво искал сближения с ним, а насеристский Египет уже находился в орбите влияния СССР. Но совсем уж парадоксальным поведение американцев в то время не было. США хотели окончательно нейтрализовать влияние "старых колониальных держав" на Ближнем Востоке и продемонстрировать несостоятельность их претензий на самостоятельное участие в управлении современными мировыми процессами.

Так или иначе, общей политической мощи США и СССР оказалось достаточно для того, чтобы заставить англичан и французов согласиться на прекращение огня в полночь 7 ноября. Также и израильский кабинет был вынужден объявить 8 ноября о своей принципиальной готовности вывести силы ЦАХАЛа с территории Синая "по завершении соответствующих приготовлений и после того, как в зоне Суэцкого канала будут размещены международные силы".

Данное решение прямо противоречило тексту приветствия Бен-Гуриона, зачитанному двумя днями раньше участникам состоявшегося в Шарм-аш-Шейхе парада 9-й пехотной бригады. В этом высокопарном послании, в частности, говорилось: "Вами успешно завершена самая крупная и блистательная военная операция в истории нашего народа и одна из самых ярких операций в мировой военной истории... Эйлат станет теперь крупнейшим еврейским портом на юге, а Йотват, именуемый Тираном, навсегда останется частью Третьего израильского царства".

О том, что Давид Бен-Гурион рассчитывал удержать под контролем Израиля зону Тиранского пролива и бóльшую часть Синайского полуострова, говорит и то, что в его заявлениях по ходу кампании настойчиво проводилось различие между Синаем и "собственной территорией Египта", в пределы которой силы ЦАХАЛа, как он утверждал, не вторгались. Готовность США и СССР занять общую позицию в связи с совместными военными действиями Израиля, Великобритании и Франции положила конец этим надеждам израильского премьера.

...Никогда позже давление на Израиль не носило столь брутального характера, как 8 ноября 1956 года, когда Николай Булганин прямо угрожал еврейскому государству войной от имени правительства СССР, а Соединенные Штаты давали понять, что эти угрозы оставляют их вполне равнодушными и что предъявление этих угроз израильскому правительству в Белом доме считают естественным результатом собственных действий последнего. Американская сторона также уведомляла Израиль о том, что если его правительство испытывает сомнения относительно истинных намерений Советского Союза, то оно может быть уверено в том, что США введут против Израиля жесточайшие экономические санкции и, в частности, запретят американским евреям переводить денежные средства в Израиль.

Документальные свидетельства о том, что происходило в тот день в израильском кабинете, отражают паническое настроение многих министров, доходившее до откровенной истерики с поступлением сообщений о внезапном появлении шести советских подводных лодок в порту Александрии, прохождении пяти советских эсминцев через Дарданеллы и направляемых в Сирию через Турцию советских боевых эскадрильях.

Позже открылось, что все эти сообщения были результатом намеренной дезинформации со стороны Москвы и тех сил, которые, исходя из собственных интересов или поддавшись панике, подыгрывали советскому блефу, но 8 ноября готовность СССР начать войну против Израиля многим казалась реальной. Трезвый ум и стальная выдержка Бен-Гуриона позволили ему сохранить здоровый скептицизм в отношении перспектив советского нападения – при том, что он находился в окружении министров, один из которых стучал кулаком по столу, выкрикивая "Оступить! Отступить! Отступить!", а другой непрерывно курил и плаксиво сетовал на упрямство своих коллег: "Вы выросли здесь, в Эрец-Исраэль, растеряли галутный страх, так часто спасавший евреев, и вздумали теперь играть в игры со смертью".

По впечатлению историков, изучавших события этого дня, Давид Бен-Гурион был готов игнорировать адресованные Израилю угрозы Николая Булганина, и к решению объявить о предстоящем отводе израильских войск с территории Синая его привели не слухи о советских эсминцах и эскадрильях, а твердая позиция США, показавшая, что в случае иного решения Израиль останется в ситуации перманентного политического конфликта с обеими великими державами, уже не имея опоры в лице Великобритании и Франции, объявивших о своем решении прекратить операцию "Мушкетер".

Поэтапный отвод израильских сил к предвоенной линии прекращения огня начался 16 ноября и продолжался почти четыре месяца, до 8 марта 1957 года. На протяжении этого периода с территории Синайского полуострова и сектора Газы в Израиль вывозились военная техника, оружие, боеприпасы и иное армейское снаряжение, брошенные там египтянами в огромном количестве (операция "Лéкет", или "Сбор"). Инженерными силами ЦАХАЛа производилось взрывное и механическое уничтожение египетской военной инфраструктуры на Синае (эта операция получила свое название в честь разрушенного Божьим гневом библейского города Гоморра). Наконец, здесь же естественно упомянуть о еще одной операции, проведенной Израилем под занавес Синайской кампании.

Сразу же после высадки англо-французского десанта в зоне Суэцкого канала в Порт-Фуад прибыли три израильтянина: два офицера ЦАХАЛа и сопровождавший их радист. Все трое были одеты во французскую военную форму. Одним из офицеров был подполковник Арье (Лева) Элиав, работавший прежде в области организации нелегальной алии из послевоенной Европы, возглавивший в 1948 году Управление личного состава израильских ВМС и ставший затем видным деятелем Сохнута, другим – майор Авраам Дар, бывший разведчик-нелегал, недавно оставивший кадровую службу в спецподразделении израильской военной разведки АМАН и приступивший к учебе в Высшей школе политологии при Еврейском университете в Иерусалиме.

В 1945-48 гг. Дар, уроженец Иерусалима, прекрасно владевший пятью языками, занимался в Европе тайной закупкой оружия для Хаганы и, подобно Элиаву, участвовал в организации нелегальной алии. Незадолго до окончания британского мандата он был переведен в Хайфу, где его задачей стала тайная скупка оружия у готовившихся к эвакуации британских солдат и одновременно – выявление и ликвидация арабских агентов, занимавшихся тем же самым (в качестве подкупа еврейские и арабские деньги действовали на англичан одинаково). На следующем этапе Войны за независимость Дар сражался в рядах Пальмаха, а в 1951-52 гг. он успешно работал в Египте, выдавая себя за британского гражданина и жителя Гибралтара по имени Джон Дарлинг. Его истинное имя стало известно египетской контрразведке в 1954 году, когда созданная им агентурная сеть была раскрыта в результате авантюристической операции, получившей известность как "скверное дело", или "дело Лавона". К планированию этой операции Дар не имел отношения, и когда принималось решение о ее проведении, сам он давно находился в Израиле. Тем не менее, египетский суд заочно приговорил его к пожизненному заключению.

Вернуться в Египет Дара побудила надежда на то, что под прикрытием англо-французской операции, которая, как считалось, могла привести к обострению внутренних противоречий в Египте и к падению режима Насера, он сумеет организовать освобождение из египетских тюрем своих бывших агентов – тех из них, что не были казнены два года назад. Фактическое развитие событий, почти сразу же предопределившее краткий и ограниченный по своим целям характер англо-французской операции, заставило Дара смириться с тем, что его планы несбыточны, и он присоединился к тайной миссии Элиава, получившей название операция "Тушийя".

В рамках этой операции Элиав и Дар убедили большинство членов еврейской общины Порт-Фуада, насчитывавшей около двухсот человек, воспользоваться сложившейся ситуацией и репатриироваться в Израиль. Для их эвакуации в Порт-Фуад были направлены из Хайфы два израильских рыболовецких судна, которым были даны итальянские названия "Кастелло маре" и "Афродита". Экипажи этих судов заменили переодетые в штатское моряки израильских ВМС, и 18 ноября 1956 года ими были доставлены в Хайфу около 150 египетских евреев.


* * *

В военном отношении Синайская кампания завершилась разгромом Египта. Точных данных о своих военных потерях Египет никогда не публиковал и всегда старался создать впечатление о том, что большинство египтян, погибших осенью 1956 года, составляли мирные граждане, ставшие жертвами бомбардировок, артиллерийских обстрелов и пр. Тем не менее, принятые оценки указывают на то, что Египет потерял тогда убитыми от 1650 до 3000 своих солдат и офицеров, не считая примерно тысячи мирных жителей, погибших в ходе военных действий. Кроме того, потери египетской армии включали свыше 4900 раненых и около 5800 пленных, среди которых были во множестве офицеры и генералы. Потери Израиля в операции "Кадеш" составили 177 убитых, трое пропавших без вести, 817 раненых и один пленный (им оказался сбитый у Шарм аш-Шейха зенитным огнем летчик Йонатан Иткес). У англичан в операции "Мушкетер" было 13 убитых и 91 раненый, у французов – 10 убитых и 33 раненых.

Грандиозные военные трофеи Израиля в Синайской кампании составили 79 танков советского и американского производства, 46 самоходных артиллерийских установок СУ-100 и "Арчер", 60 бронетранспортеров, 25 британских 25-фунтовых гаубиц, 110 противотанковых орудий, 100 зенитных установок, 200 чешских безоткатных 82-мм орудий, 18 тяжелых минометов, 220 легких минометов, 290 станковых пулеметов, 550 ручных пулеметов, 260 противотанковых гранатометов, 320 противотанковых ружей, 1170 автоматов, 4300 винтовок, многие сотни грузовиков и джипов, около 200 тысяч артиллерийских снарядов различных калибров, 115 тысяч минометных мин, порядка 50 миллионов патронов и один эсминец. Часть этого оружия и снаряжения поступила в последующий период на вооружение ЦАХАЛа, другая часть была выгодна продана третьим странам.

Но если на поле боя Египет потерпел безусловный разгром, то в политическом отношении Гамаль Абдель Насер лишь укрепил свои позиции в результате Синайской войны, поскольку совместная поддержка США и СССР позволила ему убедительно сыграть роль мужественного национального лидера, избежать окончательных территориальных потерь и завершить уже начатую им национализацию Суэцкого канала.


* * *

Бесславное для Великобритании и Франции завершение Суэцкого кризиса стало сильнейшим ударом по их политическому престижу. Подчинившись диктату США в столь важной для себя ситуации, уже после того, как ими была сделана военная ставка в ближневосточной игре, они вынужденно признали, что более не являются самостоятельными субъектами глобальной политики, и завуалировать значение данного факта не было никой возможности. Но даже и этим дело не ограничивалось. Предпринятая Лондоном и Парижем попытка скрыть тайное партнерство с Израилем и представить дело так, будто их вмешательство в события на Ближнем Востоке стало спонтанной реакцией на вызванную войной "угрозу каналу", успехом не увенчалась, и если во Франции это партнерство не породило мучительных рефлексий, то британским общественным мнением оно было воспринято очень болезненно.

Не только военное партнерство, но даже умеренное политическое сближение с Израилем было в то время чем-то совершенно противоестественным в глазах британской элиты – как по причине горьких обид, связанных с недавней борьбой еврейского Ишува против британского мандата и уничтожением израильскими ВВС пяти британских "Спитфайров" в воздушном бою над Северным Синаем на заключительном этапе Войны за независимость, так и в силу актуальной оценки, гласившей, что Израиль угрожает интересам Великобритании на Ближнем Востоке. Одной из опорных точек этих интересов считалась Иордания, с территории которой Израиль постоянно атаковали боевые группы фидаюнов, в ответ на что ЦАХАЛ осуществлял в Иордании операции возмездия.

В октябре 1953 года, после одной из таких операций, британский Генштаб приступил к разработке оперативного плана военного вмешательства в израильско-иорданский конфликт, и такой план был утвержден в июне 1955 года под названием "Catapult". Позже он получил название "Encounter" ("Столкновение"), а затем доработан и утвержден в окончательном виде в январе 1956 года под названием "Courage" ("Отвага"). План предусматривал уничтожение израильских ВВС и всей их наземной инфраструктуры силами британской палубной авиации и эскадрилий, базировавшихся в Иордании, Египте и на Кипре. Эту задачу планировалось решить в течение 72 часов, после чего британские наземные силы должны были начать операцию против Израиля со своих баз в Иордании.

План "Courage" сохранял силу ко времени переговоров, состоявшихся в Севре в октябре 1956 года, и правительство Великобритании, столкнувшееся с решительным вызовом со стороны Насера, с большим трудом согласилось на предложение Франции о проведении совместной с Израилем операции против Египта. От Бен-Гуриона были истребованы гарантии того, что ЦАХАЛ не станет атаковать Иорданию, но даже с получением таких гарантий англичане чувствовали себя весьма дискомфортно и на конференции в Севре, и на последующем этапе практического сотрудничества с Израилем.

Широкая британская публика, конечно, не знала о плане "Courage" и о планировавшейся Лондоном военной операции против Израиля, но она существовала в информационном поле, которое чутко воспринимало сигналы из высших политических кругов своей страны и формировало, сообразно этим сигналам, негативное отношение к еврейскому государству. Открывшийся после Суэцкого кризиса факт военного сотрудничества Лондона с Израилем воспринимался многими англичанами как оскорбительный. Тем более оскорбительный, что самой Великобритании война против Египта не принесла ничего хорошего.

В силу вышесказанного британский премьер-министр Энтони Иден был вынужден покинуть свой пост уже в январе 1957 года. Во Франции его коллега Ги Молле, герой антинацистского Сопротивления, оставался у власти еще четыре месяца, но в конце концов уйти пришлось и ему. К этому привел раскол в рядах французских социалистов, который был напрямую связан с вопросом о легитимности англо-французской интервенции на Ближнем Востоке: из партии SFIO (Французская секция Рабочего интернационала), которую возглавлял Ги Молле, вышла значительная группа, учредившая Автономную социалистическую партию, после чего численность SFIO сократилась до ста тысяч человек, большинство из которых составляли чиновники.


* * *

В Израиле события развивались принципиально иначе. Синайская кампания, воспринятая подавляющим большинством израильтян как совершенно необходимая акция по устранению нависшей над страной военной угрозы, привела к консолидации израильского общества, все политические силы которого, от Херута на правом фланге до МАПАМа на левом, выступили с началом войны в поддержку правительства. В предвоенный период редакционную позицию газет "Гаарец" и "Аль ха-мишмар" (орган социалистической партии МАПАМ) характеризовал определенный скептицизм в отношении вероятной израильской операции против Египта, но он был отброшен, как только стало известно о начале военных действий на Синае.

Исключение из этого правила составили только израильские коммунисты, всегда следовавшие в форватере международной политики Кремля, и, из заметных общественных деятелей за пределами парламентского поля, редактор популярного журнала "Ха-Олам ха-зе" Ури Авнери. Интересно, однако, что тот же Авнери внес собственный вклад в героизацию Синайской кампании, опубликовав в "Ха-Олам ха-зе" две серии посвященных ей статей. Одна из них называлась "Тиранский эпос" и была посвящена броску 9-й бригады к Шарм-аш-Шейху, а во второй, носившей название "Падают идущие первыми", речь шла о погибших на Синае солдатах и офицерах ЦАХАЛа.

Даже и с отводом войск к предвоенной линии прекращения огня израильским обществом осознавалось, что восьмидневная война на Синае завершилась огромным стратегическим успехом еврейского государства, пусть и не отвечавшим всем замыслам Давида Бен-Гуриона. За прошедшие с тех пор шестьдесят лет серьезных оснований для пересмотра этой оценки не появилось, хотя попытки предъявить основания для подобной ревизии и предпринимаются время от времени израильскими публицистами.

Помимо самого факта убедительной военной победы над сильным противником, сделавшей Израиль желанным партнером для многих стран мира, обретения еврейского государства в результате Синайской кампании включали:

* восстановление свободы судоходства и воздушного сообщения в районе Тиранского пролива;

* обязательство США гарантировать права Израиля в Тиранском проливе и признание ими того, что нарушение этих прав будет рассматриваться в дальнейшем как casus belli;

* демилитаризация Синая и размещение там миротворческих сил ООН;

* десятилетний период почти полного спокойствия на линии израильской границы с Египтом, включая границу с сектором Газы;

* обретение ЦАХАЛом опыта современной войны и уверенности в собственных силах;

* значительное улучшение оснащенности ЦАХАЛа благодаря довоенным французским поставкам, захваченным в ходе войны трофеям и поставкам Франции в послевоенный период, включая контракты 1959-1962 гг., по которым Израилю были поставлены 98 новейших в то время истребителей-бомбардировщиков "Мираж";

* общее политическое сближение с Парижем, результатом которого стало заключение соглашения, позволившего Израилю построить в 1958-1964 гг. реактор в Димоне.

В своей совокупности эти факторы обеспечили Израилю десятилетие мирного развития и эффективного военного строительства, в котором он отчаянно нуждался. В мае 1967 года, когда Насер вернул египетские войска на Синай, выгнал оттуда наблюдателей ООН, вновь перекрыл Тиранский пролив для израильского судоходства и сколотил очередную военную коалицию против Израиля, Соединенные Штаты, втянувшиеся в тяжелую войну во Вьетнаме, не смогли (или не захотели) выполнить свои обязательства по отношению к еврейскому государству, но они также не стали препятствовать Израилю категорическим образом, когда он дал им понять, что готовится нанести превентивный удар по арабам. Эта позиция могла быть иной, если бы США не ощущали свою ответственность за политические шаги, предпринятые ими в 1956 году и заставившие Израиль согласиться на нужный Вашингтону вариант урегулирования Суэцкого кризиса.
Tags: социум
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 8 comments