yaqir_mamlal (yaqir_mamlal) wrote,
yaqir_mamlal
yaqir_mamlal

юбилейное № 1

В "Вестях" началась публикация цикла материалов, подготовленных ДК к юбилею Шестидневной войны. Здесь они будут дублироваться, по мере возможности, в течение ближайших двух месяцев.

Шестидневная война, 1967-2017

Часть I. Партийный праздник

Дов Конторер

7 апреля 1967 года в Сирии широко отмечали двадцатилетие правящей партии. Основанная как Партия арабского возрождения, она вскоре объединилась с Арабской социалистической партией и, получив дополнительный идеологический маркер, стала официально именоваться Партией арабского социалистического возрождения. Но более принятым все же осталось ее краткое название Баас - по ключевому слову "аль-баас" ("возрождение") в титулатуре ПАСВ.

Ко дню своего двадцатилетия Баас находилась у власти в Сирии уже четыре года - со времени военного переворота, которому было дано поэтическое название "революция 8 марта". Стержнем ее идеологии был панарабизм или, в урезанном виде, модернизационный арабский этатизм, к которому все остальное прилагалось постольку-поскольку. Так, баасисты нередко вступали в союз с коммунистами, но в других обстоятельствах объявляли их вне закона и подвергали свирепым репрессиям. Точно так же в одних условиях баасисты шли на серьезное обострение конфликта с консервативным исламом, в других – изъявляли лояльность ему.

В идеале арабское единство мыслилось баасистами как объединение всех арабских народов в одном государстве или в небольшом числе государств, каждое из которых будет иметь своей территорией крупный естественный регион с выраженными чертами общего исторического прошлого (об одном из таких вариантов речь пойдет ниже в связи с доктриной Антуана Саады) и не будет разделено искусственными границами, прочерченными колониальными державами Запада. Искомое единство мыслилось как основанное на признаках культурной и, прежде всего, языковой принадлежности к арабскому миру, которая, полагали идеологи Баас, должна нивелировать религиозные и племенные различия между арабами.

Создателями партии были Мишель Афляк, Салах-ад-Дин Битар и представители движения Заки Арсузи, первым использовавшего название "Баас" еще в годы Второй мировой войны; позже к партии присоединился и сам Арсузи. Арабскую социалистическую партию, с которой Баас объединилась в 1954 году, возглавлял Акрам Хаурани. Таким образом, именно этих четверых можно считать отцами-основателями ПАСВ, хотя споры по поводу распределения ролей в партийном иконостасе до сих пор не утихли в среде баасистов. Уже и собственная религиозная принадлежность отцов-основателей содержала в себе заявление о предлагаемом Баас характере арабского единства: Афляк был христианином, Арсузи – алавитом, Битар и Хаурани – мусульмане-сунниты.

Афляк, Битар и Арсузи учились в парижской Сорбоне. До середины тридцатых годов первые двое декларировали приверженность коммунизму, тогда как Арсузи находился под сильным влиянием французской философии (Анри Бергсон, Эмиль Брейер, Жорж Дюма) и немецкого философа Фихте. Хаурани учился в иезуитском колледже Бейрута, потом на факультете права в Дамаске, и там же он начал свою политическую деятельность в рядах Сирийской социал-националистической партии Антуана Саады. С 1936 года Афляк, Битар и Хаурани все больше склонялись к идеям фашизма. В годы Второй мировой войны их симпатии были на стороне Германии; все трое воссторженно поддержали пронацистское восстание, которое поднял в Ираке весной 1941 года Рашид Гайлани, причем Хаурани был в числе непосредственных участников этого мятежа. Арсузи, единственный из четверых, считал замысел Гайлани безнадежным и выступал против однозначной увязки арабских надежд с расчетами на победу гитлеровской Германии; в 1941-1943 гг. это привело к резкому снижению его популярности, но после Сталинграда и Эль-Аламейна у Арсузи вновь появились союзники.

В 1947 году, с принятием решения ООН о разделе подмандатной Палестины, Хаурани, самый бойкий в четверке отцов-основателей, отбравился добровольцем на фронт (кажется, он воевал в рядах Арабской освободительной армии, созданной полковником вермахта Фаузи Каукджи и осуществившей вторжение в Галилею еще до истечения срока британского мандата, чтобы не допустить создания Государства Израиль). Афляк и Битар активно занимались в то время пропагандой идей и принципов образованной ими партии, в рамках которых, конечно, не было места созданию на Ближнем Востоке еврейского государства. Унизительное поражение арабских армий в Войне за независимость Израиля стало шоком для основателей Баас, и все они находили утешение в мысли о скором реванше.

Идеи баасистов имели общественную поддержку не только в Сирии и Ливане, считавшемся тогда частью сирийского политического поля. Самостоятельная региональная ветвь партии Баас с 1952 года существовала в Ираке, и в 1963 году иракские баасисты на месяц опередили своих сирийских товарищей с захватом власти в стране, но им не удалось избежать раскола, за которым последовал период острого кризиса, завершившийся отстранением иракской Баас от власти - всего через девять месяцев после того, как она добилась доминантного положения в Ираке. Восстановить свое положение иракские баасисты сумеют лишь в 1968 году, когда в результате военного переворота в Багдаде утвердится у власти национальное руководство, которое вскоре возглавит Саддам Хусейн. Иначе сложилась ситуация в Сирии, где баасисты правили с 1963 года, и поэтому двадцатилетие партии отмечалось там с большим размахом, как важный государственный праздник.

Революция 8 марта не стала финальной точкой в череде военных переворотов, определявших правителей Сирии, однако после нее перевороты производились уже в среде самих баасистов. Так, 23 февраля 1966 года начальник сирийского Генштаба Салах Джадид и командующий ВВС Хафез Асад осуществили переворот, в результате которого Мишель Афляк и Салах-ад-Дин Битар были отправлены в изгнание, Хафез Асад возглавил министерство обороны, а президентом стал близкий к Джадиду Нуреддин Атасси. Сам Джадид выбрал себе скромный пост заместителя генерального секретаря партии Баас, однако в действительности именно он являлся истинным правителем Сирии до ноябрьского переворота 1970 года, в результате которого Сирию надолго возглавил Хафез Асад. Ко времени февральского переворота 1966 года Акрам Хаурани уже вышел из Баас и жил в эмиграции в Ливане, а Заки Арсузи оказался востребован в качестве главного идеолога новых дамасских правителей.

Изгнание Афляка и Битара привело к разрыву между сирийской и иракской ветвями партии Баас, следствием которого стал со временем долгий конфликт между Дамаском и Багдадом. Сирия, единственная из арабских стран, поддерживала Иран, когда тот воевал с Ираком, и ее пресса годами честила на все лады "сионистско-фашистский режим Саддама Хусейна". Как мы можем видеть сегодня, в этом разрыве присутствовала и конфессиональная составляющая: иракская Баас была преимущественно суннитской (утверждают, что даже Афляк обратился в суннитский ислам, оказавшись в Багдаде), тогда как в сирийской Баас все ключевые позиции отошли к алавитам. Последние же, если и могут быть отнесены к мусульманам, то лишь в качестве крайней ветви шиизма. Возможно, однако, что религиозная подоплека разрыва плохо осознавалась самими участниками событий, в сознании которых превалировали иные идеи.

Под влиянием этого раскола баасисты в странах арабского мира разделились на сторонников Сирии и Ирака. То же самое произошло в палестинском движении: основной просирийской фракцией в ООП стала созданная в 1966 году "Ас-Саика" ("Шторм"), тогда как проиракские группы объединились в "Арабский фронт освобождения" три года спустя.


* * *

Как уже отмечалось, традиция смены власти посредством военных переворотов сложилась в Сирии задолго до революции 8 марта. Шукри Куатли, первый президент независимой Сирии, расплатился вынужденной отставкой за поражение сирийских войск, попытавшихся, вместе с другими арабскими армиями, уничтожить еврейское государство в зародыше. Это случилось в 1949 году, и Куатли, в отличие от многих последующих сирийских правителей, не был убит своими преемниками. После недолгого пребывания под стражей он оказался в Египте, под опекой короля Фарука. "Свободные офицеры", свергнувшие египетскую монархию в июле 1952 года, также оказались благосколонны к нему, и Куатли проникся их идеологией. В 1955 году он вернулся в Сирию, где после очередного переворота возобладало влияние баасистов и коммунистов. Куатли снова принял участие в выборах и вернул себе пост президента.

Панарабская и отчетливо просоветская ориентация нового сирийского режима не нравилась Вашингтону, и ЦРУ дважды, в 1956 и в 1957 году, пыталось отстранить Куатли от власти.  Через год после второй безуспешной попытки инспирированного американцами переворота Куатли привел свою страну, совместно с египетским президентом Гамалем Абделем Насером, к созданию Объединенной Арабской Республики (ОАР), в рамках которой Египет и Сирия произвели частичное объединение своих государственных структур.

Создание ОАР, замышлявшееся как первый шаг к политическому объединению всех арабских народов, стало звездным часом панарабизма и лично Насера, оказавшегося самым деятельным и харизматичным вождем этого идейного направления. Звездный час был недолгим: уже в 1961 году, через три года после создания ОАР, слишком активное вмешательство Насера в управление сирийской частью Объединенной Арабской Республики вызвало недовольство сирийцев, и новые хозяева Сирии, пришедшие к власти в результате военного переворота (как же иначе?), заявили о выходе из ОАР.

Попытки реанимации этого претенциозного политического проекта предпринимались в 1963 году, в связи с победой баасистов в Сирии и Ираке. На проводившихся тогда переговорах живо обсуждалась перспектива возрождения ОАР как союза Египта с указанными странами, с возможным включением в него Алжира и Йемена, но этим планам не было суждено сбыться: последовавшие политические кризисы в Ираке и Сирии привели к прекращению переговоров. Формально ОАР, теперь уже как унитарное египетское государство, просуществовала до 1971 года, когда Египет взял себе свое современное название.

Один из вариантов ивритского названия Объединенной Арабской Республики складывается в аббревиатуру РААМ, и с этим фактом для арабской пропаганды было связано замечательное удобство: само по себе слово рáам означает в иврите "гром", и поэтому название вещавшей из Каира радиостанции звучало исключительно грозно: "Коль ха-раам" – "Громовой голос". Это могло бы иметь известный психологический эффект во время Шестидневной войны, если бы не стремительное развитие событий на поле боя и не безграмотность дикторов ивритской редакции "Коль ха-раам", приводившая к комическим результатам.

Поистине легендарным стал следующий пример присущего им словоупотребления. Каирским радиожурналистам казалось, что ивритское слово хазит (фронт), имеющее во множественном числе форму хазитóт, должно звучать в соответствующей позиции как хазийóт, что на самом деле является формой множественного числа слова хазия (лифчик). В результате "Громовой голос" постоянно пугал своих слушателей сообщениями о том, что "сионистские захватчики терпят сокрушительное поражение во всех лифчиках". Испытавшие влияние этнокультурной сексологии исследователи могли бы в связи с этим сказать, что к берегам Суэцкого канала, Иордана и на вершину Хермона еврейских мужчин привело нежелание мириться с подобным положением вещей.

Единственным визуальным напоминанием об ОАР сегодня являются две зеленых звезды на сирийском флаге, бывшем некогда флагом Объединенной Арабской Республики. Две звезды, Сирия и Египет.

Шукри Куатли прожил долгую жизнь. Его политическая карьера началась в ранние двадцатые годы прошлого века, в 1925 году он установил доверительные отношения с иерусалимским муфтием Хадж-Амином Хусейни, и в 1936 году, когда муфтий возглавил арабское восстание в подмандатной Палестине, Куатли организовал снабжение лояльных ему отрядов оружием и боеприпасами. Оба уже тогда связывали свои надежды с нацистской Германией. В 1939 году Куатли вступил в переговоры с ее представителями, рассчитывая договориться с Гитлером о совместных действиях против англичан, французов и еврейского населения Эрец-Исраэль, однако узнавшая об этом французская контрразведка арестовала и выслала его в Саудовскую Аравию. Там он оказался под личным покровительством короля Ибн-Сауда, позволившим ему благополучно вернуться в Сирию летом 1941 года.

Куатли не повезло: Сирия, находившаяся под властью вишистского режима с июня 1940 года, как раз тогда перешла под контроль британских войск и правительства "Свободной Франции". Вернувшемуся в Дамаск изгнаннику пришлось дать обязательство об отказе от политической деятельности, но это препятствие оказалось недолговечным, и в 1943 году, еще до окончания войны в Европе, Куатли был избран президентом независимой Сирии.

Однако до вывода французских войск (1946) независимость Сирии оставалась условной, и президенту пришлось сразу же объявить войну нацистской Германии, вопреки его истинным устремлениям. В 1948 году душевную отраду Куатли сулила война на уничтожение только что провозглашенного еврейского государства, но и она завершилась не так, как ему хотелось. За поражением в войне последовали переворот, второе изгнание, новый, триуфм, козни ЦРУ, создание ОАР, разрыв с Насером – долгая, богатая событиями жизнь. Умер Куатли 30 июня 1967 года, став напоследок свидетелем разгрома арабских армий в Шестидневной войне.


* * *

Хуже сложилась судьба его преемника. Хусни Заим был выходцем из состоятельной курдской семьи, служил офицером в османской и, позже, французской армии. В годы Второй мировой войны проявил себя убежденным сторонником Гитлера и вишистского режима, с победой англичан и "Свободной Франции" в Сирии был арестован и оставался за решеткой до вывода французских войск из этой страны. Его последующая карьера была быстрой: в 1947 году он возглавил полицию Сирии и еще год спустя занял пост начальника Генерального штаба, освободившийся в связи с поражением сирийских войск на севере Израиля.

30 марта 1949 года Заим возглавил военный переворот, арестовал своего предшественника,  распустил парламент, объявил вне закона все сирийские партии. В ивритских источниках указывается, что мартовский переворот 1949 года был инспирирован ЦРУ; в английской википедии сведения о прямом участии ЦРУ в этих событиях названы "противоречивыми", но признается факт оказания Заиму "какой-то американской помощи в планировании операции".

Хусни Заим стал правителем Сирии в период переговоров о прекращении огня, начавшихся по завершении Войны за независимость Израиля, и ему было важно доказать националистам свою неколебимую твердость. Это стало одной из причин того, что переговоры Израиля с Сирией были особенно трудными и завершились только 20 июля 1949 года, намного позже переговоров с Египтом (24 февраля), Ливаном (23 марта) и Иорданией (3 апреля). Другой немаловажной причиной исключительных трудностей в ходе переговоров с Сирией было то, что она и Ливан, единственные из участников арабской коалиции, удерживали в конце войны часть территории, предназначавшейся по решению ООН еврейскому государству. Но если с Ливаном был возможен размен – под контролем ливанской армии оставалась Рош ха-Никра, тогда как ЦАХАЛ удерживал полтора десятка ливанских деревень южнее реки Литани – то равнозначных козырей для размена с Сирией у Израиля не было.

Практическое значение этого факта оказалось столь велико, что через полтора месяца после начала переговоров с сирийцами израильским командованием был разработан и доведен до сведения частей план операции "Орен" ("Сосна"), с началом которой 21 мая трем бригадам - "Голани", "Александрони" и 7-й моторизованной - предписывалось прорвать, при поддержке 82-го танкового батальона и артиллериии, оборону противника южнее Киннерета, выйти к Кунейтре и уже оттуда ударить в тыл сирийской группировке, удерживавшей плацдарм на израильском берегу Иордана севернее Киннерета, вокруг разрушенного в войну поселения Мишмар ха-Ярден. Одновременно с этим израильской авиации предписывалось произвести бомбардировку Кунейтры и Дамаска. Ставшая реальной угроза возобновления военных действий убедила сирийцев смягчить позицию за столом переговоров, и операция "Орен" была отменена в последний момент.

В конце концов стороны договорились о том, что сирийская армия покинет всю территорию, остававшуюся под ее контролем к западу от международной границы Сирии с подмандатной Палестиной, после чего оставленные ею районы останутся демилитаризованными. Прийти к четкому соглашению о том, что именно подразумевает указанный статус, стороны не смогли: Израиль считал демилитаризованные районы своей суверенной территорией, на которой ему дозволена любая гражданская деятельность, тогда как сирийцы считали демилитаризованные районы ничейной зоной (terra nullius). Данное обстоятельство стало в 1949-1967 гг. поводом для бесчисленных инцидентов: Израиль пытался обрабатывать всю демилитаризованную территорию у сирийской границы вплоть до последнего сантиметра, сирийцы обстреливали с Голан приграничные израильские поселения и выходившую в поля сельскохозяйственную технику. Воспрепятствовать фактическому контролю сирийцев над удаленным районом Хамат-Гадер Израиль так и не смог вплоть до Шестидневной войны, а десятиметровая кромка северо-восточного побережья Киннерета контролировалась Израилем далеко не всегда и не полностью: осуществлять патрулирование на этом участке солдатам ЦАХАЛа приходилось под наведенными на них стволами сирийцев.

Хусни Заим не был самым непримиримым арабским политиком по отношению к Израилю. В недолгий период своего правления он сделал израильскому кабинету предложение расселить на северо-востоке Сирии 300 тысяч палестинских беженцев и заключить договор о мире с Израилем - в обмен на израильский отказ от суверенитета над восточной половиной озера Киннерет и содействие в получении финансовой помощи на обустройство беженцев. Заим изъявил готовность встретиться с Давидом Бен-Гурионом для обсуждения этого предложения, но премьер-министр Израиля не захотел расплачиваться за мир территорией и ограниченными водными ресурсами еврейского государства.

Отметим, что предложение сирийского правителя не было в то время единственным: король Абдалла был готов заявить о признании Израиля в обмен на предоставление Иордании экстерриториального коридора к Средиземному морю, а король Фарук предлагал Израилю мир в обмен на весь Негев, т.е. на уступку Египту 62 процентов израильской территории в границах 1949-1967 гг. Впрочем, все трое – Заим, Абдалла и Фарук – вскоре лишились власти, причем первые двое вместе с властью лишились жизни.

Это позволяет утверждать, что даже если бы Бен-Гурион вступил в переговоры с сирийским правителем, их диалог не имел бы практической перспективы. Уже и то, что Хусни Заим был вынужден заключить с Израилем соглашение о прекращении огня (сущая безделица в сравнении с дипломатическим признанием и заключением мирного договора), восстановило против него многих из тех, кто привел его к власти. Повод для дополнительного недовольства собой Заим дал, выступив за равноправие женщин, однако последней каплей, решившей его судьбу, стала гибель Антуана Саады, виднейшего идеолога "Великой Сирии".

В 1932 году Саада, ливанский араб-христианин, проживший десять лет в США и Бразилии, создал Сирийскую социал-националистическую партию, выдвинувшую лозунг воссоединения исторической Сирии. Таковая мыслилась им как собственно Сирия, Южная Турция, Ливан, Ирак, Иордания, Палестина с Синаем и Кипр. Помимо единого государства в этих границах, Саада видел в арабском мире возможность существования трех политических наций: Египта (вместе с Суданом), Марокко (под этим подразумевалась вся Северная Африка к западу от Египта) и единого государства на Аравийском полуострове.

Партийный флаг ССНП представлял собой черное полотнище с расположенной в центре на белом круге красной стилизованной свастикой. Данное обстоятельство было лишь одной из причин того, что французские власти с 1936 года подозревали Антуана Сааду в тайных связях с нацистской Германией и фашистской Италией, и с началом Второй мировой войны лидеру ССНП пришлось эмигрировать в Аргентину. Вернувшись в 1947 году в уже независимый Ливан, он развернул пропаганду активного участия арабов в войне, призванной не допустить создания еврейского государства. В июле 1949 года ССНП попыталась осуществить в Ливане государственный переворот, мятеж был подавлен, Антуан Саада бежал в Сирию в надежде на покровительство Хусни Заима, но тот выдал его ливанским властям, и Саада был тут же казнен. В ответ на это сирийские сторонники ССНП устроили переворот и казнили самого Заима вместе с его премьер-министром Мухсином Барази.

В таком ключе – с частыми переворотами, казнями, убийствами государственных деятелей – сирийская политическая жизнь развивалась до захвата власти партией Баас в 1963 году, и в шестнадцати случаях результатом переворотов становилась победа лиц, которым удавалось продержаться у власти менее года. Революция 8 марта не оставила в прошлом этот модус смены сирийских правителей, но она ограничила поле актуальной борьбы за власть средой самих баасистов, что по сирийским меркам явилось фактором стабилизации.

Продолжение следует

"Вести", 6 апреля 2017
Tags: ближневосточные войны, социум, шестидневная война
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments