yaqir_mamlal (yaqir_mamlal) wrote,
yaqir_mamlal
yaqir_mamlal

Categories:

Уззи Орнан, "В начале был язык", фрагмент 2

Продолжение. Начало здесь

Уззи Орнан ©
Академия языка иврит ©



В начале был язык


Часть I. Возрождение языка


1.1.3 Новое поколение

Документы того времени, т.е. то, что писалось и публиковалось в период интересующих нас событий, достаточно ясно показывают, что учителя иврита ставили себе целью отучить своих учеников от использования языков, к которым те были приучены дома. Все эти языки должен был заменить иврит. Четырех-шести-восьмилетние дети ежедневно проводили в школе или в детском саду по многу часов и они привыкали там говорить на иврите – как со своими наставниками, так и между собой. Дети выростали, и иврит становился их основным языком. Это явление не уникально: школа во многих обществах обогащает духовный мир ученика и его язык в большей степени, чем родительский дом, и это особенно ощутимо в ситуации, когда язык преподавания в школе отличается от языка, на котором говорят у ребенка дома. Занятия в школе велись на иврите, и уже поэтому иврит становился важнее для школьников, чем их домашний язык.

Относящиеся к интересующему нас времени мемуары содержат немало подтверждений этому факту. Например, Элияѓу-Зеэв Левин-Эпштейн приводит следующий эпизод в книге своих мемуаров, вышедшей в Тель-Авиве в 1932 году. Однажды он не расслышал вопроса, с котором обратился к нему его восьмилетний сын по поводу своих школьных занятий. Отец переспросил сына, и тот ошибочно заключил, что отец не понял его из-за того, что он спрашивал на иврите. Ребенок задумался и сказал: "Я не знаю, как спросить это на идише". Данный эпизод показал автору, что иврит уже стал для его сына основным языком, а идиш – второстепенным, на который он мог или не мог перевести с иврита ту или иную фразу.

Следует полагать, что превращение иврита в основной язык общения детей, получавших образование в ивритских школах, в подавляющем большинстве случаев приветствовалось их родителями и что последние активно сотрудничали с учителями в данном вопросе. Например, упоминавшаяся выше яффская школа не была единственной в городе, и родители могли при желании отправить своих детей в обычный хедер или в школу Микве-Исраэль, где преподавание велось на французском. Тем не менее, сами жители Яффо просили Исраэля Белкинда открыть в их городе школу с преподаванием на иврите, и искренне радовались успехам своих детей в его освоении. Тот факт, что их дети говорят на иврите, обладал в глазах горожан огромным значением. Равным образом в Иерусалиме было множество других школ, помимо управлявшейся Ниссимом Бехаром "Ѓа-Тора веѓа-мелаха", но именно этой школе подражали в своей педагогической практике сефардская талмуд-тора и другие учебные заведения. Данный процесс не получил бы развития, если бы родители не видели положительного значения в том, что их дети приучаются говорить на иврите.

Более того, детей приучали к мысли о том, что ивритская речь чрезвычайно важна и что им следует говорить на иврите всегда, когда это возможно. Неудивительно поэтому, что во многих случаях иврит, ставший разговорным языком детей, вскоре становился также и языком их родителей или, по крайней мере, одним из языков, постоянно звучавших у них дома. Данный процесс вообще характерен для иммигрантов: местный язык, как правило, быстрее усваивается детьми в иммигрантских семьях и уже через них проникает в дома их родителей. Нечто подобно происходило в Эрец-Исраэль в интересующий нас период: энтузиасты-учителя, создававшие ивритские школы, не только превращали иврит в основной язык своих учеников, но также внедряли его через детей - в их семьи, где иврит во многих случаях становился языком общения между детьми и родителями.

Интересное свидетельство сохранилось в письме, написанном в редакцию газеты "Ѓашкафа" и опубликованном этой газетой 29 ноября 1904 года. Автор письма повествует о своем визите к друзьям, живущим в квартале, где незадолго до этого был открыт ивритский детский сад. Он откровенно завидует жителям этого квартала и торжественно обещает, что не отдаст своих детей на воспитание бонне, которая все время занята собственными делами и лишь краем глаза присматривает за детьми. Свои впечатления от визита к друзьям автор письма выражает так: "Я увидел его дочь, которой сейчас два года и три месяца и которая говорит исключительно на иврите... Возвращаясь домой, она учит своих родителей... И если, избави Бог, они не откликаются на ее слова, она начинает плакать и отказывается есть до тех пор, пока родители не ответят ей на иврите и не пообещают, что и в дальнейшем будут разговаривать с ней на иврите".

Другое примечательное свидетельство обнаруживается в следующем рассказе, относящемся к более позднему времени: "Не часто встретишь такую приверженность ивриту, как в доме у господина N, восьмилетняя дочь которого Ханна вообще не знает идиша, на котором говорит ее мать, так что и мать была вынуждена выучить иврит, чтобы общаться с дочерью" (написано в 1916 году на немецком языке человеком, побывавшим в Эрец-Исраэль; мною, к сожалению, утрачен источник, в котором я почерпнул это свидетельство).

Следует подчеркнуть: для первого поколения учеников ивритских школ иврит еще не был родным языком и он стал таковым только для их детей, но уже о первом поколении можно сказать, что иврит стал для него основным языком, на котором люди, принадлежавшие к этому поколению, думали, говорили и писали существенно лучше, чем на других известных им языках. Термин "основной язык" практически подразумевает в этом случае, что иврит становился всеобъемлющим языком. Приведем здесь еще одно свидетельство, содержащееся в письме и меморандуме учащихся средних школ (1913 г.), и опубликованное тогда же в печати: "Мы... говорим, учимся и думаем на нем, только на нем [= на иврите]". Связанная с этим история, включая анализ примечательных различий между письмом и меморандумом, которые, как считается, были составлены чуть ли не в один день, будет приведена ниже, в главе 1.3.3.

Это новое общество состояло из живших в одной стране людей одного поколения, и иврит становился для них основным, всеобъемлющим языком. Ничего подобного не наблюдалось с тех пор, как в далекой древности иврит утратил свой статус всеобъемлющего языка, и появление такого общества по праву может быть названо возрождением иврита. Определяя возрождение иврита указанным образом, мы освобождаем себя от споров о том, был ли иврит до этого мертвым, полумертвым или полуживым языком. Но даже при полной ясности употребляемого нами определения, остается необходимость дополнительно прояснить ряд связанных с возрождением иврита явлений и терминов.


1.1.4 Уточнение терминов

1.1.4.1 Возрождение языка и метод преподавания "иврит на иврите"

Прежде всего, используемое нами определение позволяет осознать четкую разницу между возрождением иврита и методом преподавания "иврит на иврите". Следует избегать путаницы между этими явлениями. В рассматриваемый нами период в Европе получил распространение новый метод обучения иностранным языкам, именовавшийся "прямым методом", "методом родного языка" или "естественным методом". Его создатели утверждали, что наилучший способ обучения иностранному языку состоит в копировании процесса усвоения ребенком первого для него языка. Как научается ребенок родному языку? Он слышит своих родителей, которые обращаются к нему, сопровождая свою речь указательными жестами, или играют с ним, переносят его с места на место и пр., и все это – в сопровождении обращенной к нему речи. Со временем ребенок начинает понимать своих родителей, а затем и отвечать им на том языке, на котором с ним разговаривает мать. Так же, утверждали создатели нового метода, следует обучать ребенка или взрослого иностранному языку. Пусть учитель приходит в класс и говорит с учениками только на том языке, которому он хочет их научить.

С этим методом была связана революция в преподавании языков, поскольку прежде обучение иностранному языку непременным образом подразумевало понуждение учащихся к зубрежке грамматических правил и списков слов, переписыванию изучаемых текстов, заучиванию написанных на данном языке литературных произведений. Естественно предположить, что появлению этого метода способствовала общая ситуация, характеризуемая повышением удельного веса устной речи в языкознании, которое, в свою очередь, стало результатом обнаружения исторической лингвистикой феномена чередования звуков (альтернации) в родственных языках. Одновременно, с развитием транспортных средств и путей сообщения возник гораздо более интенсивный контакт между европейцами и жителями других частей света, благодаря чему ученые осознали, что в мире имеется огромное число языков, многие из которых вообще не имеют письменности. Путешествия вглубь Африканского континента и возросший интерес к племенам американских индейцев объективно вели к повышению важности устной речи в глазах лингвистов. В 1886 году в Париже была создана Фонетическая ассоциация преподавателей живых языков, из которой позже родилась Международная фонетическая ассоциация (IPA), действующая до настоящего времени. И чем большая важность признавалась за устной речью в языкознании, тем острее становился интерес к диалектам известных языков. Эта тенденция отвечала романтическому подходу к истории и умонастроению "хождения в народ", получившему развитие в Европе в XIX веке. Языковеды и люди, изучавшие иностранные языки, с растущим энтузиазмом относились к овладению устной речью, тогда как прежде выучившим новый язык считался уже тот - и только тот - кто научился читать на нем. На этом культурном фоне получил развитие "естественный метод", и неудивительно, что он стал известен преподавателям иврита, лучшие из которых разработали способ обучения, параллельный "естественному методу" и получивший название "иврит на иврите".

Но само по себе применение данного метода еще не было равносильно возрождению иврита. Тот, кто преподавал французский язык в Германии с помощью "естественного метода", не ставил себе целью отучить своих учеников от немецкого языка и заронить в их сердца мысль о том, что они должны полностью перейти на французский. Также и сегодня существует возможность преподавать французский язык в Израиле с помощью "естественного метода", не имея ни малейшего намерения отучить учеников от иврита, сделав французский их основным языком. Что же до процесса возрождения иврита, то он несомненно был ориентирован на такую задачу, и связанные с этим процессом люди, включая директоров школ и приглашавшихся ими педагогов, заявляли об этом во всеуслышание. Поэтому неверно будет утверждать, что начало процесса возрождения иврита относится к тому моменту, когда Элиэзер Бен-Йеѓуда взял на вооружение "естественный метод" в 1883 году, или к еще более раннему времени, когда данный метод был, вероятно, освоен Ниссимом Бехаром и Йосефом Ѓалеви в Париже. Спор о том, был ли Бен-Йеѓуда первым в применении данного метода, как сам он считал, или ему предшествовал кто-то другой, не имеет значения применительно к вопросу о начале процесса возрождения иврита в том смысле, который вкладывается нами в это определение. Первые опыты преподавания иврита на иврите несомненно предшествовали возрождению иврита, и поэтому нет никаких оснований описывать внедрение данного метода как поворотную точку в рассматриваемом нами процессе.

Шломо Ѓарамати отмечает, что Ниссим Бехар "изучил естественный метод преподавания живых языков и использовал его для обучения французскому языку еще до своего приезда в Эрец-Исраэль". Известно также, что в 1875 году Бехар, бывший тогда директором учебных заведений Альянса в Константинополе, убедил одного из работавших там учителей начать преподавание иврита на иврите, используя "естественный метод". При этом Бехар, выступив с данной инициативой в Константинополе, вовсе не имел намерения и надежды превратить иврит в основной язык местных учеников. Освоив "естественный метод" в связи с обучением французскому языку, он нашел его удачным и заслуживающим применения при обучении ивриту, но этим на тот момент дело и исчерпывалось. Кстати сказать, Ѓарамати цитирует в данной связи и собственное признание Бехара.

Метод преподавания иврита на иврите получил дальнейшее распространение и развитие с началом процесса возрождения иврита, когда вокруг школ, в которых иврит преподавался указанным образом, складывалась атмосфера, в которой иврит заранее признавался будущим языком страны. Отметим, что обучение иностранному языку немало отличается от обучения местному языку тех людей, которые находятся в данной местности, но еще не владеют ее языком. Почитаемый статус, которым пользовался иврит в процессе его возрождения, а также способность родителей и, в первую очередь, отцов поддерживать беседу на иврите со своими детьми, получавшими в местных школах образование на этом языке, равно как и другие условия, имевшиеся в Эрец-Исраэль и отсутствовавшие в любом другом месте, привели к тому, что иврит уже на очень раннем этапе стал восприниматься – по крайней мере, теоретически – как местный язык данной страны. Соответственно, было вполне естественным положение вещей, при котором в Эрец-Исраэль иврит преподавался на иврите. В дальнейшем мы еще коснемся отличий между преподаванием иврита здесь и теми условиями, которые существовали в странах еврейской диаспоры и делали невозможным возрождение иврита там, несмотря на самые замечательные усилия лучших преподавателей этого языка.


1.1.4.2 Возрождение языка и Ѓаскала

Выше мы отмечали, что иврит и до своего возрождения в конце XIX – начале XX веков находился в частичном использовании у евреев. Он был языком религии и письменности, так что владели им в основном мужчины, поскольку в традиционном обществе серьезное образование давалось, как правило, только мальчикам, тогда как девочек обучали главным образом домоводству и рукоделию. Мальчики же учились не просто читать, но во многих случаях всерьез изучали письменные тексты, бóльшая часть которых была на иврите. Таким образом, еврейским мужчинам было присуще определенное владение ивритом, и они могли при необходимости объясниться на этом языке. Наиболее образованные из них и, в особенности, те, кто посвящал себя изучению Торы и не сталкивался с необходимостью прерывать учебу, чтобы зарабатывать себе на хлеб ремеслом, коммерческой деятельностью и т.п., умели писать на иврите. Это прежде всего относится к людям, занимавшим различные должности в еврейских общинах, но не только к ним. Пользовались ли этой способностью для написания респонсов, проповедей или комментариев к классическим сочинениям иудаизма, производимые тексты писались в основном на иврите, даже если используемый авторами иврит изобиловал словами и выражениями из арамейского и других языков.

До середины XVIII столетия тексты на иврите касались в основном религиозных вопросов. Даже светская поэзия на иврите в средневековой Испании основывалась в очень значительной степени на классических религиозных текстах. В середине XVIII столетия на иврите стали писать и на другие, не имеющие непосредственного отношения к религии, темы, в результате чего появилась художественная проза на иврите, и несколько позже - литература по вопросам естествознания и общим гуманитарным вопросам, включавшим тогда и то, что теперь относят к общественным наукам. Однако расширение тематики сочинений, ставших доступными владеющему ивритом читателю в период распространения Ѓаскалы, не привело к изменению базисной еврейской ситуации, которая по-прежнему оставалась диглоссной. Иврит, как и прежде, оставался языком письменности, а не разговорной речи. Ивритские писатели, как и их читатели, говорили между собой на разных языках, среди которых иврита не было. Во многих случаях они также и писали на других, родных для них языках.

Таким образом, иврит периода распространения Ѓаскалы отличался от иврита прежних поколений лишь тем, что тематика писавшихся на нем сочинений заметно расширилась. Он, как и прежде, находился у евреев в частичном использовании, и это позволяет нам утверждать со всей определенностью: Ѓаскала не ознаменовалась возрождением иврита. По этой причине неуместными кажутся недавние торжества по поводу "250-летия нового иврита".

Выше отмечалось, что еврейская диглоссия не была исключительным феноменом. Признаки этого явления у евреев мы обнаруживаем уже в ранних фрагментах талмудического корпуса. Широко известны слова рабби Йеѓуды Ѓа-Наси: "В Эрец-Исраэль арамейский язык к чему? [Здесь уместен] святой язык или греческий" (Бава Кама 83а и в схожем варианте Сота 49б). Из этих слов можно заключить, что при жизни рабби Йеѓуды Ѓа-Наси, во второй половине II – начале III вв., в Эрец-Исраэль имели распространение три языка: арамейский, греческий и иврит. С этим состоянием, очевидно, связано высказывание, приведенное в Иерусалимском Талмуде (Сота 7б) : "Греческий [язык хорош] для песен, латинский для боя, арамейский для плача, иврит для разговора".

В средние века диглоссия была частым и чуть ли не "естественным" состоянием европейских народов. На протяжении многих столетий в Западной Европе христиане говорили на языках своих стран - при том, что латинский был языком их религии и культуры. В то время любой христианин, получавший образование, учился латинскому языку, поскольку всё, что писалось тогда, писалось на латыни. Многие из получавших образование были способны читать на латыни и новые для себя тексты, не изучавшиеся ими в период учебы, а самые образованные умели писать, и писали. Отметим, что процесс обучения чтению в обществе указанного типа вынужденно опирается на заучивание и в меньшей степени – на понимание изучаемого материала, поскольку учащийся не говорит на языке, который он учит, и часто не понимает того, что "читает".

Также и в современном арабском мире царит фактическая ситуация диглоссии: литературный арабский язык и разговорные арабские диалекты функционируют рядом друг с другом, служа каждый своей цели, причем статус литературного арабского языка во многом подобен статусу латинского языка в средневековой Европе и статусу иврита у евреев в странах диаспоры. В наши дни достижения социологии делают возможным лучшее понимание диглоссного общества, и обусловленные этим пониманием выводы можно с известной осторожностью экстраполировать на аналогичные социальные феномены в прошлом. Интересно, к примеру, составить представление о том, как влияет диглоссия арабского мира на духовное развитие индивида в арабском обществе и на мировоззрение этого общества в целом.


1.1.4.3 Возрождение языка и расширение словарной базы

Дополнительное различие необходимо провести между возрождением языка и расширением его словарной базы. Во всех трех обществах, упомянутых нами выше, т.е. в средневековом христианском обществе, в традиционном еврейском обществе в эпоху до возрождения иврита и в современном арабском обществе, язык письменной культуры знал периоды значительного расширения словарной базы. В средневековой латыни, использовавшейся европейцами как язык письменной культуры, наряду со служившими им разговорными языками, появилось огромное количество новых слов и выразительных средств, которыми латинский язык не обладал в античные времена. Известно высказывание о том, что латынь настолько изменилась в средневековье, что если бы Юлий Цезарь воскрес из мертвых, он был бы не в состоянии понять новые латинские тексты и звучавшую в церкви проповедь на этом языке. Иврит также знал в прошлом периоды чрезвычайно активного словарного творчества – задолго до того, как он снова стал языком устной речи. Так, в позднее средневековье, когда ислам отступил из Европы, и арабский язык перестал быть понятен образованному еврейскому обществу, получил развитие интенсивный процесс перевода на иврит многих важных текстов иудаизма, написанных в Испании на арабском языке. По ходу этого процесса в иврите появилось множество новых слов, частью заимствованных непосредственно из арабского, как, например, óфек (горизонт, ﺄﻔﻖ), меркáз (центр, مركز), кóтер (диаметр, قطر), частью – изначально ивритских, но расширивших свое значение под влиянием параллельного арабского слова. И те, и другие обрели права гражданства в иврите в те времена, когда он оставался языком письменной культуры. Иврит рос и расширял свою словарную базу подобно средневековой латыни, которая также не была языком устной речи.

Процесс активного словарного творчества наблюдался в иврите и в период распространения Ѓаскалы. Ранние идеологи этого культурного направления были фанатически привержены библейскому тексту и почти не отходили от него как от источника возможных новаций, но в позднейший период писатели Ѓаскалы отказались от этого принципа и тем самым заметно расширили свои возможности в плане создания новых выразительных средств.

В опубликованной в 1976 году работе Йеѓошуа Блау The Renaissance of Hebrew and Standard Arabic термин "возрождение" используется именно в таком, необычном значении, как будто он подразумевает всего лишь расширение словарной базы данного языка, иврита или арабского, под влиянием других, в первую очередь – европейских, языков. Нет сомнений в том, что такое явление присуще и ивриту, и литературному арабскому, но расширение словарной базы в связи с развитием науки, изменением образа жизни, появлением новых потребностей и под влиянием других языков, есть процесс, который переживает всякий язык. И если это тождественно возрождению, мы будем должны сказать, что возрожденными являются все современные языки.

Любой язык выигрывает от появления в нем новых терминов и слов широкого употребления, но, говоря об особом феномене возрождения иврита в конце XIX – начале XX вв., уместно отметить, что он не находился в особой зависимости от предшествовавшего ему расширения словарной базы в период творчества писателей Ѓаскалы, равно как и от более раннего периода активного словарного творчества в позднее средневековье. Людям, взявшимся за возрождение иврита в качестве всеобъемлющего языка, и тем, кто продолжил их дело в следующем поколении, так или иначе пришлось активно заняться созданием новых слов с целью удовлетворения огромных потребностей, которые были присущи ивриту на данном этапе. Для заявления о том, что именно неологизмы, которыми иврит был обязан последнему поколению писателей Ѓаскалы, сыграли центральную роль в деле его возрождения, нет никаких оснований, и позже мы еще вернемся к этому вопросу в главе 1.2.5.

Подобные заявления проистекают от неправомерно расширенной интерпретации термина "возрождение". Блау сосредоточился на процессе расширения словарной базы, и поэтому он мог на одном дыхании говорить о возрождения иврита и литературного арабского, хотя иврит превратился в основной язык нового общества (и только это может быть названо его возрождением), тогда как с литературным арабским ничего подобного не произошло: он до сих пор никем не используется в качестве единственного языка и с ним всегда соседствует другой, разговорный язык. Иначе говоря, литературный арабский претерпел развитие, характерное для любого языка, письменного или устного, в ситуации, когда понятийный мир его пользователей заметно меняется. Словарь английского языка в восьмидесятые годы ХХ века значительно отличался от английского словаря, выпущенного в сороковые годы того же столетия. Повторюсь: трактуя расширение словарной базы языка как его возрождение, мы не найдем ни одного языка, к которому нельзя применить этот термин, а из этого, в свою очередь, следует, что расширительное использование данного термина должно быть отвергнуто. Единственно корректное определение феномену возрождения иврита было дано нами выше, и этот феномен, конечно, не сводится к расширению словарной базы как таковой.


1.1.4.4 Возрождение языка и сионизм

К проводимым нами границам между возрождением иврита и иными явлениями, лишь в той или иной степени связанными с данным процессом, следует добавить еще одно различение, а именно: между возрождением иврита и сионистским движением, заявившим о себе примерно тогда же. Сионизм появился в последний период Ѓаскалы как один из предлагавшихся ответов на вопрос, который задавали себе евреи в новых условиях, связанных с превращением Европы в мир территориальных наций. Вопрос состоял в том, может ли сохраниться в таком мире общество, члены которого не имеют общей территории и связаны между собой лишь общностью религии и происхождения.

Предлагавшийся сионизмом ответ на этот вопрос не был единственным. С ним соперничали другие ответы, которые предлагались социалистическим Бундом и ультраортодоксальным движением Агуддат-Исраэль, причем интересно отметить, что в организационном отношении все три движения оформились почти одновременно (первый сионистский конгресс состоялся в Базеле в 1897 году и в том же году, буквально через месяц, в Вильно прошел учредительный съезд Бунда, тогда как ультраортодоксальная Агуддат-Исраэль была создана на конференции в Катовице в 1912 году – прим. переводчика). Однако в рамках данной работы нам важно отметить, что не только два упомянутых выше несионистских движения не имели программы превращения иврита в основной язык евреев; также и сионизм, в основных своих версиях, не имел подобной программы, хотя он организационно оформился как раз в тот момент, когда в Эрец-Исраэль уже появилось молодое поколение, для которого иврит становился всеобъемлющим, единственным или, как минимум, основным языком. Во всяком случае, официальная позиция сионизма в отношении иврита не была частью процесса возрождения языка. Позитивное отношение к ивриту сложилось в сионистском движении под влиянием ивритоговорящего общества, возникшего в Эрец-Исраэль и заявлявшего о своих правах со все большей настойчивостью. Позже мы коснемся этого вопроса подробнее в главах 1.3.6 и 1.3.7, когда речь пойдет о т.н. "войне языков".

Продолжение следует
Tags: иврит да около, изба-читальня
Subscribe

  • (no subject)

    וְזֶה יִהְיֶה לָכֶם גְּבוּל צָפוֹן, מִן הַיָּם הַגָּדֹל תְּתָאוּ לָכֶם הֹר הָהָר. מֵהֹר הָהָר תְּתָאוּ לְבֹא חֲמָת... וְהִתְאַוִּיתֶם לָכֶם…

  • «Священнейшая республика человечества»

    Мой старый, 2003 года, текст, написанный для «Окон» в виде расширенной рецензии на статью д-ра Фани Оз-Зальцбергер «Еврейские корни…

  • Шломо Цемах, часть II

    Продолжение. Начало здесь. Странниками или скитальцами (הנודדים) ивритская пресса Эрец-Исраэль называла репатриантов Второй алии, не имевших ни…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • (no subject)

    וְזֶה יִהְיֶה לָכֶם גְּבוּל צָפוֹן, מִן הַיָּם הַגָּדֹל תְּתָאוּ לָכֶם הֹר הָהָר. מֵהֹר הָהָר תְּתָאוּ לְבֹא חֲמָת... וְהִתְאַוִּיתֶם לָכֶם…

  • «Священнейшая республика человечества»

    Мой старый, 2003 года, текст, написанный для «Окон» в виде расширенной рецензии на статью д-ра Фани Оз-Зальцбергер «Еврейские корни…

  • Шломо Цемах, часть II

    Продолжение. Начало здесь. Странниками или скитальцами (הנודדים) ивритская пресса Эрец-Исраэль называла репатриантов Второй алии, не имевших ни…