yaqir_mamlal (yaqir_mamlal) wrote,
yaqir_mamlal
yaqir_mamlal

Category:

юбилейное № 5

Шестидневная война, 1967-2017

Часть V. "Всеобщий случай"

Дов Конторер

Продолжение. Начало в номерах "Вестей" от 6, 13, 20 и 27 апреля с.г.

Упомянув в предыдущей части данного очерка о военных планах, имевшихся у Израиля на случай крайнего обострения конфликта с Сирией, мы вплотную подошли к нашей следующей теме: характеристике угроз, с которыми сталкивался Израиль в шестидесятые годы прошлого века, и связанных с ними аспектов израильского оперативного планирования. В этой части очерка нашим основным источником станет книга военного историка Шимона Голана "Война на три фронта: принятие решений высшим командованием ЦАХАЛа в Шестидневную войну" (издательство "Маарахот", иврит, 2007).

Актуальная иерархия военных угроз выглядела в то время в глазах израильского руководства следующим образом: Египет, Иордания, Сирия. При этом стратегическая угроза как таковая связывалась Израилем только с Египтом и Иорданией. Сирия, несмотря на остроту текущего конфликта с ней в пограничном районе, не рассматривалась командованием ЦАХАЛа как сторона, способная угрожать существованию Израиля или безопасности его жизненно важных объектов. Что же до Ливана, то он воспринимался как заведомо третьестепенный субъект ближневосточной политики, поведение которого не станет фактором качественного усиления угроз, с которыми столкнется Израиль в случае большой региональной войны.

Оперативные планы Израиля относились ко всем граничащим с ним государствам. Наряду с вариантами локального столкновения с одним из них, израильскими оперативными планами предусматривались различные варианты военного столкновения с арабской коалицией того или иного состава, включая вариант, при котором Израилю придется одновременно вести войну сразу со всеми граничащими с ним государствами и с экспедиционными силами других государств, не имеющих общей границы с Израилем (т.н. "всеобщий случай"). Классификация оперативных планов израильского военного командования может быть произведена и по признаку их оборонительного или наступательного характера, но все они – оборонительные и наступательные, частные и расчитанные на "всеобщий случай" - основывались на нескольких общих принципах:

1. Государство Израиль не начнет по собственной инициативе войну с целью улучшения своих границ.

2. В силу стратегических ограничений, обусловленных существующими границами Израиля, в ситуации неизбежной войны

а) Израиль начнет войну превентивным ударом;

б) если война начнется иным образом, Израиль окажется перед необходимостью как можно скорее перенести военные действия на территорию противника.

3. География Израиля и соотношение сил между Израилем и его вероятными противниками диктуют необходимость сосредоточения начальных усилий ЦАХАЛа на одном из фронтов, причем таковое должно производиться с учетом последующей необходимости скорейшего переноса военных усилий на другой фронт.

4. Война должна обеспечить Израилю максимум достижений за минимум времени, потому что, во-первых, США и СССР не допустят долгой большой войны на Ближнем Востоке и, во-вторых, потому, что мобилизация сил, которые потребуются Израилю в случае войны, окажет парализующее воздействие на его хозяйство и экономику.

Указанными принципами определялись как приоритеты Израиля в воспросах строительства вооруженных сил, так и распределение имевшихся у него сил в рамках реализации того или иного оперативного плана. Финансовые и организационные приоритеты в развитии ЦАХАЛа выглядели в то время следующим образом:

• военно-воздушные силы;

• бронетанковые войска;

• воздушно-десантные части;

• все остальное.

Авиации отдавалось предпочтение и в том, что касается выбора часа Ч, т.е. времени начала боевых действий: час Ч должен был обеспечить израильским ВВС возможность максимально использовать фактор внезапности. Уничтожение авиации противника на аэродромах было неотъемлемым элементом почти всех оперативных планов Израиля и, как следствие, час Ч для сухопутных сил ЦАХАЛа почти в любом варианте следовал за часом Ч израильских ВВС, даже если этим сокращались вероятные оперативные достижения наземных частей.

Вследствие указанного выше в пункте 3, распределение наличествующих у Израиля сил и средств должно было производиться так, что на фронтах, где Израилем не ведется в данный момент активных наступательных действий, оставались минимальные силы, несмотря на связанную с этим опасность.

Дополнительный момент в оперативных планах Израиля был связан с наличием некоторых особенно проблематичных "искривлений" в линии прекращения огня 1949 года, известной как "зеленая черта". К числу таковых относились все демилитаризованные зоны у сирийской границы, Латрунский выступ, израильский анклав на горе Скопус в Иерусалиме и некоторые другие участки. В случае войны израильский Генеральный штаб стремился осуществить выгодное Израилю выправление границ на этих участках.

Военная угроза со стороны Египта считалась первостепенной, поскольку Египет, крупнейшая страна арабского мира, также имел и сильнейшую армию, которая, единственная из арабских армий, была способна предпринять серьезную наступательную операцию вглубь израильской территории, размеры которой были таковы, что успех одной такой операции мог оказаться смертельным для Израиля. Опасность усугублялась тем, что рельеф израильской территории, примыкающей к сектору Газы и к северному участку границы с Египтом, благоприятствовал бы успеху египетского наступления: отсутствие серьезных топографических препятствий на пути к Тель-Авиву лишало ЦАХАЛ возможности закрепиться на естественных рубежах.

Статус Иордании как источника второй по значению угрозы Израилю был обусловлен не мощью иорданской армии (весьма ограниченной), а контуром "зеленой черты", позволявшим противнику претендовать на достижение стратегического результата сравнительно малыми силами. Иорданские войска, базировавшиеся в Восточном Иерусалиме и в ближайших к нему районах, могли сразу же атаковать столицу Израиля. Иорданские силы также могли угрожать главной автодороге, связывавшей Иерусалим с Тель-Авивом; оптимальные условия для этого были в районе Латрунского выступа. Далее, в районе Нетании и Кфар-Сабы иорданские силы были способны коротким рывком преодолеть 15-километровое расстояние от "зеленой черты" до Средиземного моря и рассечь территорию Израиля надвое. В угрожаемой зоне находились Тель-Авив и единственный международный аэропорт страны. Наконец, даже не начиная решительного наземного наступления, Иордания была способна поражать артиллерийским огнем важнейшие военные аэродромы и другие стратегические объекты Израиля.

Ясно, что атаковать Израиль указанным образом Иордания могла лишь совместно с другими арабскими странами. Но, во-первых, именно такой вариант считался наиболее вероятным и, во-вторых, даже в отсутствие активных действий противника на других фронтах исходившая от Иордании опасность приобретала критический характер с появлением иностранных войск на ее территории.

Сирия стояла на третьем месте в списке угроз, поскольку угрожать самому существованию Израиля и/или безопасности его стратегических объектов она не могла из-за относительной слабости своей армии и удаленности сирийской границы от жизненно важных центров еврейского государства. Кроме того, топографические условия на севере Израиля облегчали задачу обороняющейся стороны, позволяя ей опираться на естественные препятствия, и затрудняли действия наступающих войск. Итог вышесказанному можно подвести словами Моше Даяна: "Египет силен, но относительно удален; Иордания - слаба, но слишком близка; Сирия - слаба и удалена". Вместе с тем в варианте "всеобщий случай" исходившая от Сирии угроза могла оказаться очень серьезной.


* * *

Итак, "всеобщий случай": согласованное, координируемое и управляемое из единого центра выступление арабских армий против Израиля, имеющее своей целью уничтожение еврейского государства. Именно этот вариант рассматривался как основной в рамках израильского плана обороны страны, разработанного вскоре после Войны за независимость и многократно уточнявшегося в последующий период. Последняя перед Шестидневной войной коррекция этого плана была произведена во второй половине 1966 года.

Планом рассматривались два основных сценария вероятных действий противника. В обоих случаях подразумевалось "единовременное или поэтапное начало боевых действий всеми арабскими армиями, которые, выступив с территории египетского Синая, Иордании, Сирии и, возможно, Ливана, осуществят вторжение в Израиль", но при этом в одном сценарии основой служил вариант, про котором арабские армии поставят своей первоочередной задачей захват густонаселенных районов Израиля, а в другом – рассечение израильской территории. Иначе говоря, первый сценарий строился вокруг арабской попытки прорыва к Тель-Авиву и Хайфе, при параллельном захвате или окружении Иерусалима, а второй – вокруг попытки рассечь территорию Израиля по трем линиям: Ниццана - Беэр-Шева – Хеврон; Туль-Карем – Нетанья; южное основание Галилейского выступа. Во втором случае также ожидалось, что арабские армии попытаются захватить основные густонаселенные районы Израиля, но уже после того, как израильская территория будет рассечена ими на три-четыре части.

За Египтом предполагалась способность одновременно наносить удары на двух направлениях силами свыше дивизии на каждом, за Иорданией и Сирией – способность наносить удары силами нескольких бригад. В наиболее опасном для Израиля случае к этому могло добавиться наступление иракской дивизии с территории Иордании, но вариант совместного иракско-иорданского наступления считался маловероятным, поскольку отношения между арабскими странами в конце 1966 года затрудняли его реализацию.

Оба сценария, относящихся ко "всеобщему случаю", предполагали, что военно-воздушные и военно-морские силы арабских государств, помимо решения своих общих задач, связанных с борьбой за господство в воздухе и на море, будут использованы для высадки воздушных и морских десантов на территории Израиля. Наиболее вероятным считалось, что противник попытается осуществить захват основных перекрестков и других пунктов, важных для успеха его оперативных усилий, десантными группами батальонного уровня. Ожидалось также, что противник попытается затруднить передвижение израильских войск и вызвать панику среду гражданского населения Израиля с помощью имеющихся у него специальных подразделений. Весьма вероятным считалось, что началу наземного наступления будут предшествовать воздушные и ракетные удары, с помощью которых противник попытается затруднить процесс мобилизации и развертывания резервистских частей ЦАХАЛа.

С учетом обоих сценариев вероятных действий противника, существующего соотношения сил и географических условий страны был разработан план развертывания израильских войск, получивший название "Садáн" ("Наковальня"). Ориентированный в первую очередь на решение оборонительных задач, он вместе с тем оставлял возможность быстрого перехода к наступательным действиям. Сроки развертывания определялись предположением о том, что командование ЦАХАЛа узнáет о готовящемся наступлении Египта за четыре-шесть дней до его начала в ситуации, когда основная часть египетской армии находится в районе Каира, и за два-четыре дня до его начала, если Египет уже развернул основную часть своих сил на Синае и вблизи Суэцкого канала.

Планом "Садан" не предусматривалось гибкой обороны, допускающей тактическую уступку противнику части израильской территории; силы ЦАХАЛа должны были упорно держаться у пограничных рубежей и при необходимости строить свою оборону с опорой на населенные пункты. В ходе оборонительных боев надлежало остановить армии противника, уничтожить значительную часть его сил и обеспечить условия для скорейшего переноса боевых действий на его территорию. С началом израильского контрнаступления первоочередной задачей ЦАХАЛа становился разгром египетской и/или иорданской армии; на остальных фронтах израильским силам надлежало сдерживать противника.

Рассчитывать на победу над арабскими армиями Израиль мог только в случае предельного напряжения своих мобилизационных ресурсов. В дополнение к 54 тысячам солдат и офицеров кадровой армии в ЦАХАЛ призывалось 210 тысяч резервистов, после чего его численный состав достигал 264 тысяч военнослужащих. Для трезвой оценки данного факта необходимо учитывать, что в этом случае под ружье становилось 9,5% населения Израиля и свыше 11% его еврейского населения. За вычетом ультраортодоксов, не участвовавших в военных усилиях государства, мобилизационная нагрузка, ложившаяся на плечи военнообязанной части еврейского общества, была еще более значительной.

Для сравнения: во Вторую мировую войну Красная Армия достигла своей максимальной численности, 11,365 млн военнослужащих, в начале 1945 года. К этому времени территория Советского Союза была полностью освобождена, и мобилизационной базой РККА служило все его население, численность которого оценивалась год спустя в 172 млн человек. Учитывая людские потери последнего года войны в Европе и советской операции против Японии, еще не восполнявшиеся послевоенным ростом рождаемости, естественно предположить, что в начале 1945 года численность населения СССР составляла порядка 171,2 млн человек. Сопоставление этих данных показывает, что максимальная численность РККА составляла не более 6,7% от численности населения СССР в соответствующий период.

Приведенное сравнение позволяет понять, что штатная комплектация воинских частей и подразделений, которые следовало развернуть по плану "Садан", производилось на последнем пределе мобилизационных возможностей Израиля. Оставаться в таком положении более или менее длительный срок Израиль не мог. Региональный политический кризис, заставивший Израиль произвести полную мобилизацию резервистов, должен был разрешиться мирными средствами или войной в течение короткого времени. В противном случае Израиль обрекал себя на поражение, не сделав ни единого выстрела: остановившиеся предприятия, прерванный цикл сельскохозяйственных работ, бессмысленная растрата запасов топлива, продовольствия и пр. делали такой исход неизбежным.


* * *

С завершением мобилизации Израиль мог вывести на позиции четыре дивизии, одиннадцать отдельных бригад и несколько отдельных батальонов; эти соединения, части и подразделения комплектовались и дислоцировались по плану "Садан" следующим образом:

Южный военный округ

• 31-я дивизия в составе одной танковой, одной пехотной и одной десантной бригад и одной роты из состава отдельного танкового батальона ЮВО разворачивалась у границ сектора Газы;

• 38-я дивизия в составе одной танковой и одной пехотной бригад, двух батальонов пехоты и двух рот из состава отдельного танкового батальона ЮВО разворачивалась в районе Ниццаны;

• 84-я дивизия в составе двух танковых и одной механизированной бригад составляла основную маневренную силу ЮВО и сосредотачивалась южнее Беэр-Шевы;

• одна танковая бригада составляла резерв главного командования на территории ЮВО и сосредотачивалась южнее Ашдода.

Центральный военный округ

• четыре пехотные бригады и отдельный танковый батальон ЦВО разворачивались в Иерусалимском коридоре и вдоль "зеленой черты" на участке от Латруна до Хадеры;

• две десантные бригады составляли резерв главного командования на территории ЮВО и сосредотачивались в Тель-Нофе и Рамле.

Северный военный округ

• 36-я дивизия в составе одной танковой, одной механизированной и одной пехотной бригад сосредотачивалась в глубине Галилеи и составляла главную маневренную силу СВО, предназначенную для вероятных действий на трех направлениях - ливанском, сирийском и иорданском;

• две пехотные бригады и отдельный танковый батальон СВО разворачивались вдоль сирийской границы и северного участка иорданской границы;

• одна танковая бригада составляла резерв главного командования на территории СВО и сосредотачивалась в районе Хайфы.

"Голани", первая и единственная в то время кадровая пехотная бригада ЦАХАЛа, должна была прикрывать развертывание сил СВО, а затем отойти в резерв главного командования с различными, по обстоятельствам, вариантами дислокации. Таким образом, с завершением мобилизации и развертывания по плану "Садан" резерв главного командования (РГК) должны были составить две танковые, две десантные (одна из них кадровая) и одна пехотная бригады. Проведение операций в тылу противника возлагалось на спецподразделение Генштаба (Сайерет Маткаль) и разведроты десантных бригад РГК. Выполнение задач, имитирующих сосредоточение и переброску войск в целях дезинформации противника, возлагалось на управление 49-й дивизии, не имевшей собственных частей.

Таким образом, всего в составе сухопутных сил ЦАХАЛа было 22 бригады: семь танковых, две механизированные, три десантные и десять пехотных, включая бригады территориальной обороны. Вместе с отдельными батальонами и другими подразделениями, дающими в общей сложности силу, эквивалентную двум бригадам, боевой потенциал израильских сухопутных сил соответствовал 24 расчетным бригадам, имевшим на вооружении порядка 1100 танков и 960 артиллерийских орудий.

В составе израильских ВВС было, в случае доведения до полной исправности максимально возможного числа самолетов, 203 истребителя-бомбардировщика и 42 учебно-боевых самолета (часть из них использовалась Израилем как самолеты тактической поддержки сухопутных войск). Всего же, вместе с военно-транспортными самолетами, вертолетами и т.п., в составе израильских ВВС было 412 летательных аппаратов. Наконец, в составе израильских ВМС было три эсминца, три подводные лодки, девять торпедных катеров, два сторожевых корабля, два вооруженных рыболовецких судна, тринадцать десантных кораблей (в очень широком смысле определения "десантный корабль") и подразделение морских коммандос.


* * *

К числу вероятных противников ЦАХАЛа в варианте "всеобщий случай" относились армии Египта, Иордании, Сирии, Ирака и Ливана, численность и оснащенность которых оценивалась израильским Генштабом следующим образом:

Вооруженные силы Египта

Общая численность египетской армии составляла 240 тысяч военнослужащих. Сухопутные силы Египта составляли одна танковая дивизия (в нее входили две бригады средних танков и одна механизированная бригада), четыре пехотные дивизии (по три бригады в каждой), три отдельные бригады средних танков, отдельная бригада тяжелых танков, восемь отдельных пехотных бригад, от четырех до шести резервистских бригад и четыре полка мотопехоты. В составе египетской армии также имелось управление танковой дивизии, не имевшей своих частей. К силам специального назначения относились воздушно-десантная бригада из пяти батальонов и шестнадцать отдельных батальонов коммандос. Кроме того, в секторе Газы под египетским командованием находились две палестинские пехотные бригады, подразделения национальной гвардии и "отряды народного сопротивления".

Таким образом, всего в составе сухопутных войск Египта, без учета артиллерии, было 35 бригад: шесть танковых, одна механизированная, одна воздушно-десантная и 27 пехотных. Вместе с полками мотопехоты (т.н. фудж), отдельными батальонами коммандос и другими подразделениями, дающими в общей сложности силу, эквивалентную шести бригадам, боевой потенциал египетских сухопутных войск примерно соответствовал 41 расчетной бригаде. На вооружении этих сил имелось порядка 1050 танков, половина из которых придавалась пехотным бригадам, и 1100 артиллерийских орудий.

Египетская артиллерия была организована по бригадному принципу: одиннадцать бригад, в т.ч. семь бригад полевой артиллерии, три бригады артиллерии средних калибров и одна бригада зенитной артиллерии. Она также включала пять дивизионов тяжелых минометов, четыре дивизиона РСЗО и четыре дивизиона, вооруженных противотанковыми ракетами "Шмель". По соображениям методологической унификации эти силы не учитываются в числе египетских расчетных бригад, поскольку израильская артиллерия не была организована по бригадному принципу; артиллерийские батальоны (дивизионы) ЦАХАЛа, имевшие каждый - три батареи из шести орудий, действовали в состабе дивизий, танковых и механизированных бригад (так, в 84-й дивизии Исраэля Таля каждой бригаде был придан дивизион самоходных артиллерийских орудий) или находились в прямом подчинении округа.

Египетские ВВС насчитывали 242 истребителя-бомбардировщика, 57 бомбардировщиков, 83 военно-транспортных самолетов, 39 вертолетов. На вооружении египетских ВМС находились семь эсминцев, два фрегата, одиннадцать подводных лодок, восемнадцать ракетных катеров, 33 торпедных катера.

Вооруженные силы Иордании

Общая численность иорданской армии составляла 55 тысяч военнослужащих. Сухопутные силы Иордании составляли две танковые бригады (по два танковых батальона и два батальона мотопехоты в каждой), два отдельных танковых батальона, девять пехотных бригад, бригада королевской гвардии, шесть дивизионов полевой артиллерии, дивизион тяжелой артиллерии, два дивизиона самоходных артиллерийских орудий, шесть минометных батальонов. Таким образом, всего в составе сухопутных войск Иордании, без учета артиллерии, было 12 бригад: две танковые и десять пехотных, включая бригаду королевской гвардии. Вместе с отдельными батальонами и другими подразделениями, дающими в общей сложности силу, эквивалентную одной бригаде, боевой потенциал иорданских сухопутных сил соответствовал 13 расчетным бригадам. На вооружении этих сил имелось порядка 300 танков и 345 артиллерийских орудий.

Иорданские ВВС насчитывали 24 истребителя-бомбардировщика, семь военно-транспортных самолетов и четыре вертолета.

Вооруженные силы Сирии

Общая численность сирийской армии составляла 75 тысяч военнослужащих. В сухопутных силах Сирии было четыре управления дивизий, которые могли комплектоваться следующими частями и подразделениями: две танковые бригады, одна механизированная бригада, пять кадровых пехотных бригад, одна кадрированная пехотная бригада, шесть резервистских пехотных бригад, пять батальонов национальной гвардии, семнадцать (в том числе девять кадровых) артиллерийских дивизионов. Таким образом, всего в составе сухопутных войск Сирии, без учета артиллерии, было 15 бригад: две танковые, механизированная и двенадцать пехотных. Вместе с отдельными батальонами и другими подразделениями, дающими в общей сложности силу, эквивалентную двум бригадам, боевой потенциал сирийских сухопутных сил соответствовал 17 расчетным бригадам. На вооружении этих сил имелось порядка 450 танков и 400 артиллерийских орудий.

Сирийские ВВС насчитывали 95 истребителей-бомбардировщиков, два бомбардировщика, пять военно-транспортных самолетов и десять вертолетов.

Вооруженные силы Ирака

Общая численность иракской армии составляла 177 тысяч военнослужащих. Сухопутные силы Ирака составляли одна танковая дивизия (две танковые и одна механизированная бригады), две пехотные дивизии (по три бригады в каждой) и две горнострелковые дивизии (также по три бригады). Таким образом, всего в составе сухопутных войск Ирака, без учета артиллерии, было 15 бригад: две танковые, одна механизированная, двенадцать пехотных и горнострелковых. На вооружении этих сил имелось порядка 560 танков и 600 артиллерийских орудий.

Иракские ВВС насчитывали 130 истребителей-бомбардировщиков, 21 бомбардировщик, 23 военно-транспортных самолета и 50 вертолетов.

Фактически экспедиционный корпус Ирак, переданный в конце мая - начале июня 1967 года под командование ОАК и направленный в Иорданию, включал одну усиленную дивизию, в состав которой вошли танковая, механизированная и две пехотные бригады, артиллерийский дивизион и батальон коммандос из базировавшихся в Ираке сил АОП. Одновременно с этим в Египет был переброшен военно-транспортными самолетами батальон иракской пехоты. Лишь небольшая часть из этих сил успела принять участие в сражениях Шестидневной войны. В боевых действиях против Израиля также принимали участие иракские ВВС.

Вооруженные силы Ливана

Общая численность ливанской армии составляла 20 тысяч военнослужащих. Сухопутные силы Ливана включали два танковых батальона, батальон рейдовой разведки, три отдельные роты танковой разведки, девять пехотных батальонов, два дивизиона полевой артиллерии, дивизион артиллерии средних калибров. Эти силы были эквивалентны 5 расчетным бригадам и на вооружении у них имелось порядка 100 танков и 60 артиллерийских орудий. Ливанские ВВС насчитывали 31 истребитель-бомбардировщик и пять вертолетов. Вооруженные силы Ливана не принимали участия в Шестидневной войне.


* * *

О планах возможных действий ЦАХАЛа в отношении Сирии уже говорилось в четвертой части данного очерка. На египетском направлении у израильского командования также было три основных оперативных плана. Один из них, "Кильшóн" ("Вилы"), предусматривал захват Синайского полуострова в ситуации, когда там уже сосредоточены и развернуты на боевых позициях египетские войска в составе пяти дивизий и шести отдельных бригад. Второй план, "Асиф" ("Сбор урожая"), предусматривал прорыв израильских сил к Шарм-аш-Шейху по побережью Акабского залива и установление контроля над зоной Тиранского пролива. Третий план, "Маппáль" ("Водопад"), предусматривал осуществление атак в зоне Суэцкого канала, и его реализация рассматривалась как возможное дополнение к наступательным действиям ЦАХАЛа в рамках плана "Кильшон".

Захват Синая по плану "Кильшон" делился на три этапа. Первый, реализуемый в период Ч+24 часа, включал завоевание господства в воздухе, прорыв боевых порядков противника и начало наступления по двум направлениям: Рафиах - Эль-Ариш – Романи (вдоль береговой линии Средиземного моря) и к перевалу Митле. При этом к Митле планировалось наступать также по двум направлениям: через Бир-Хасану в центральной части Синая и по линии Ат-Тамад - Нахле со стороны Эйлата. На втором этапе, Ч+60, передовые силы ЦАХАЛа должны были выйти к Суэцкому каналу в районе Кантары на севере и Суэца на юге. Параллельно с этим в центральной части Синая планировалось уничтожение основных танковых сил Египта. На третьем этапе, от Ч+60 и далее, вышедшие к каналу силы ЦАХАЛа должны были наступать навстречу друг другу, встретиться у северной оконечности Большого Горького озера и закрепиться на позициях по всей линии канала и на северо-восточном побережье Суэцкого залива до Абу-Знеймы включительно. На третьем этапе также планировалось произвести зачистку основной территории Синая и полностью подготовиться к броску на юг с целью захвата Шарм-аш-Шейха.

Общая продолжительность операции должна была составить шесть дней. Сосредоточение израильских сил, необходимых для реализации плана "Кильшон", следовало завершить за 12 часов до часа Ч, определяемого как раннее утро в день Д. При этом предполагалось, что арабские армии на других фронтах не начнут активных наступательных действий в случае успешного наступления ЦАХАЛа на Синае.

Оперативный план действий в отношении Иордании, пришедший на смену плану "Гранит" в октябре 1965 года, назывался "Паргóль" ("Хлыст"). Им предусматривался захват Восточного Иерусалима и полный или частичный захват Иудеи и Самарии силами трех военных округов при параллельном сдерживании противника на других фронтах. Реализация этого плана мыслилась в условиях неприемлемого для Израиля изменения ситуации в Иордании: падения хашимитского режима или появления на территории Иордании иностранных сил, имеющих своей целью вмешательство во внутреннюю борьбу за власть в Иордании или осуществление агрессии против Израиля. Другим условием реализации плана "Парголь" могло стать резкое обострение конфликта с Иорданией; например, блокада израильского анклава на горе Скопус иорданскими силами.

Из опасения международного вмешательства в вооруженный конфликт Израиля с Иорданией боевые действия против последней планировалось вести так, чтобы Израиль обеспечил себе максимум военных и политических достижений за 12 часов. Таковыми должны были стать захват Восточного Иерусалима и прилегающих к нему горных районов, включая Рамаллу. Ожидавшиеся в связи с этим тактические трудности, равно как и необходимость достижения мгновенного результата, привели командование ЦАХАЛа к необходимости построить план "Парголь" с расчетом на то, что его реализация будет начата одними кадровыми частями, с подключением к боевым действиям резервистских частей по мере мобилизации таковых. Общая продолжительность операция должна была составить не более 72 часов даже в том случае, если иорданская армия сосредоточит максимум своих сил в Иудее и Самарии и займет заранее подготовленные оборонительные позиции.

Как уже отмечалось выше, у Израиля не было возможности одновременно решать задачи по осуществлению оперативных планов "Кильшон" (египетский фронт), "Парголь" (иорданский фронт) и "Мелькахаим" (сирийский фронт). С началом войны в варианте "всеобщий случай" следовало за шесть дней разгромить Египет, за три дня завершить операцию против Иордании и, при благоприятных условиях, провести наступление против Сирии, на которое отводилось два дня. Как мы знаем, в реальной истории Шести дней хватило на все.

Продолжение следует

"Вести", 4 мая 2017
Tags: ближневосточные войны, социум, шестидневная война
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments