yaqir_mamlal (yaqir_mamlal) wrote,
yaqir_mamlal
yaqir_mamlal

Categories:

еще юбилейного № 2

Первая ливанская война, 1982-2017

Часть II. "Черный сентябрь"

Дов Конторер

Продолжение. Начало в номере "Вестей" от 19 сентября с.г.

Процесс утраты государственного суверенитета в пользу вооруженных формирований ООП наблюдался в конце шестидесятых годов прошлого века не только в Ливане. Параллельный процесс развивался в Иордании, где он характеризовался еще и тем, что власть хашимитов, изгнанных саудитами из Хиджаза и получивших от англичан в качестве компенсации Ирак и Трансиорданский эмират, была изначально лишена легитимности в глазах значительной части местного населения. Опорой королевской власти в Иордании служили черкесы и бедуины, тогда как многие палестинцы уповали на устранение хашимитской династии.

Здесь нужно отметить, что в иорданском контексте термин "палестинцы" обладает особенной неоднозначностью, поскольку оседлое арабское население обоих берегов Иордана, на которые первоначально распространялся британский мандат на Палестину, по сути представляло собой единую группу. В 1921 году Великобритания отказалась от своего обязательства о создании на всей этой территории "еврейского национального дома" и, отрезав от нее восточный берег Иордана, учредила там Трансиорданский эмират, преобразованный позже в Трансиорданское Хашимитское Королевство. Население последнего, составлявшее в 1948 году 400 тысяч человек, увеличилось к 1952 году до 586 тысяч человек, из чего можно сделать вывод о примерном числе палестинских беженцев, оказавшихся на собственно иорданской (трансиорданской) территории. Однако в результате Войны за независимость Израиля под военным контролем Трансиордании осталась также и оккупированная ею территория Иудеи и Самарии на западном берегу Иордана, вместе с оказавшимися там палестинскими беженцами. Население этой территории было значительно больше, чем население восточного берега Иордана.

Объявив в 1950 году об аннексии Иудеи и Самарии, хашимитское королевство взяло себе новое название - Иордания. В интересующий нас период Иудея и Самария уже были утрачены Иорданией в результате Шестидневной войны, причем на восточном берегу оказалось около 175 тысяч беженцев с западного берега Иордана. Таким образом, термином "палестинцы" применительно к Иордании в одних случаях обозначают все небедуинское и нечеркесское население этой страны, в других – беженцев 1948 и 1967 гг. и их потомков, в третьих – лишь тех из последней группы, кто до сих пор проживает в опекаемых UNRWA лагерях беженцев. Отсюда значительные расхождения в оценках числа проживающих в Иордании палестинцев и их доли в населении этой страны. Официальная иорданская статистика 2016 года указывала на наличие в Иордании 630 тысяч палестинцев, тогда как Центральное статистическое бюро ПА утверждало тогда же, что в Иордании проживает 2,2 млн палестинцев. Другие оценки дают еще более высокие цифры, вплоть до 4 млн.

В отличие от прочих арабских государств, Иордания уже в ранние пятидесятые годы даровала палестинским беженцам право на получение гражданства и открыла перед ними опцию социально-политической интеграции. Эта политика была призвана оправдать произведенную королем Абдаллой аннексию Иудеи и Самарии, но на отношение палестинцев к хашимитской династии она повлияла весьма незначительно. Убедительным свидетельством этого стало убийство короля Абдаллы на ступенях иерусалимской мечети Аль-Акса 20 июля 1951 года. Причиной расправы над ним, совершенной палестинским радикалом из числа сторонников (и родственников) нацистского муфтия Хадж-Амина Хусейни, стали попытки попытки короля привести Иорданию к мирному соглашению с Израилем.

Надежды живущих в Иордании палестинцев избавиться от хашимитской монархии окрепли с созданием ООП, несмотря на формальную позицию лидеров данной организации, не раз заявлявших, что декларируемая ими цель "освобождения Палестины" не относится к территории, находящейся под властью короля Иордании. Объективный факт превращения ООП в вооруженную структуру, отряды которой насчитывали в хашимитском королевстве 15-20 тысяч боевиков, был сильнее любых заявлений.


* * *

Палестинские диверсионные группы атаковали Израиль с территории Иордании, и Израиль был вынужден предпринимать ответные меры, т.е. вернуться к практике операций возмездия. Самой крупной из них стала после Шестидневной войны операция "Тóфет" ("Инферно"), более известная по месту своего проведения – поселку Караме, расположенному в пяти километрах к востоку от Иордана и в сорока километрах от Аммана.

Население Караме насчитывало порядка 20 тысяч человек, но после того, как этот поселок оказался под властью палестинских организаций и стал местом базирования штаб-квартиры ФАТХа, возглавлявшейся Ясером Арафатом, он был покинут большинством своих жителей. В Караме было сосредоточено порядка 900 боевиков ФАТХа и основанного в декабре 1967 года Народного фронта освобождения Палестины (НФОП), вооруженных легким стрелковым оружием, пулеметами, ручными противотанковыми гранатометами и минометами калибров 82 мм и 120 мм. Там же базировался батальон египетских коммандос. Кроме того, вблизи Караме были развернуты части 1-й иорданской пехотной дивизии, включавшие три пехотные, одну танковую и одну механизированную бригады, отдельный танковый батальон, саперный батальон, пять артиллерийских дивизионов и дивизион ПВО.


Слева направо: изначальная территория, предназначавшаяся для создания "еврейского национального дома" по условиям британского мандата;
король Хусейн; Ясер Арафат, лидер НФОП Жорж Хабаш

План операции "Тофет" предусматривал ликвидацию штаб-квартиры и баз ФАТХа в районе Караме с причинением возможно большего ущерба живой силе противника, демонстрацию присутствия ЦАХАЛа на восточном берегу Иордана и отход по приказу. Под противником подразумевались палестинские боевики, и в Израиле рассчитывали на то, что иорданская армия не станет оказывать силам ЦАХАЛа серьезного сопротивления.

Эти расчеты имели под собой определенные основания. Примерно за месяц до операции в Караме, 14-15 февраля 1968 года, случились события, заставившие короля Хусейна понять, что, демонстрируя снисходительное отношение к антиизраильским диверсиям палестинских боевиков, он рискует подорвать основы внутренней стабильности в своей стране. Израильское командование редко решалось на проведение контртеррористических рейдов на территории Иордании, но ЦАХАЛ регулярно отвечал на диверсии ФАТХа артиллерийскими обстрелами и бомбардировками расположенных в Иордании баз террористов. В этих случаях иорданской армии было трудно оставаться пассивной и она обстреливала в ответ территорию Израиля. В указанные даты особенно мощный иорданский обстрел Бейт-Шеана и прилегающих к нему поселений вынудил ЦАХАЛ нанести серию воздушных и артиллерийских ударов по базам иорданской армии в Ирбидском нагорье (библейский Гильад). Из указанного района началось бегство населения в сторону Аммана; израильскими снарядами был разрушен канал, ведущий воду Ярмука к сельскохозяйственным угодьям долины Иордана.

В результате этих событий Хусейн сообщил об изменении своей политики по отношению к палестинским военизированным организациям. Им было объявлено, что он не позволит "этим группам использовать Иорданию в качестве базы для нападения". Несмотря на возражения своего премьер-министра Бахджата Тальхуни, король направил в Караме колонну иорданских войск и полиции, но там, оказавшись в окружении вооруженных пулеметами палестинских боевиков, иорданские силы не осмелились выполнить отданный им приказ и разоружить террористов. Убедившись в бессилии официального Аммана, ФАТХ и НФОП активизировали свои действия, и в течение следующего месяцы ими было произведено не менее шести атак, включавших обстрелы, установку взрывного устройства в Иерусалиме и подрыв автобуса со школьниками тель-авивской гимназии "Герцлия", направлявшимися на экскурсию в Тимну. Именно этот теракт, жертвами которого стали 18 марта 1968 года двое убитых и более десяти раненых детей, окончательно развеял сомнения премьер-министра Леви Эшколя по поводу предлагавшейся военными операции в Караме.

Учитывая, что король Хусейн уже успел выразить свое недовольство в связи с деятельностью палестинских военизированных организаций на территории его страны, израильская разведка полагала, что иорданская армия, оказавшаяся неспособной самостоятельно справиться с боевиками ФАТХа и НФОП, не станет особенно усердствовать, когда Израиль возьмется за решение этой задачи. Начальник Генштаба Хаим Бар-Лев обещал правительству "гладкую операцию". Задним числом эти надежды кажутся непозволительно легковесными, ведь король Хусейн, какие бы чувства он ни испытывал к ООП, произвел бы почти формальный отказ от своего суверенитета, отдай он иорданской армии приказ не оказывать сопротивления крупным израильским силам, вошедшим на территорию его страны.


* * *

Общее руководство действиями ЦАХАЛа в районе Караме было поручено командующему Центральным военным округом Узи Наркису. Для проведения операции выделялись силы 35-й парашютно-десантной бригады под командованием Дани Мата, 7-й танковой бригады под командованием Шмуэля Гонена (Городиша), территориальной бригады Иорданской долины под командованием Рефаэля Эйтана, два батальона инженерных войск, четыре артдивизиона.


Слева направо: Узи Наркис, Дани Мат, Шмуэль Гонен (Городиш), Рефаэль Эйтан

Территориальной бригаде (ее фактическое наполнение кадрами производилось тогда за счет 80-й резервистской парашютно-десантной бригады) с приданным ей танковым батальоном и отрядом бронеавтомобилей Panhard AML ставилась задача общего прикрытия границы, захвата моста Дамия (Адам) и плацдарма за ним с целью тактической изоляции Караме с севера и с северо-востока, т.е. со стороны Ирбидского нагорья и города Эс-Салт. Изолировать Караме с юга и юго-востока должна была 7-я танковая бригада, которой поручалось пересечь Иордан по мосту Алленби, уничтожить расположенные за ним укрепления иорданской армии и занять позиции к востоку от этого моста на главной автодороге к Амману и вблизи населенного пункта Шунат-Нимрин, на линии второстепенной дороги к иорданской столице. В задачу 7-й бригады также входило блокировать взорванный мост Абдаллы, находящийся в четырех километрах к югу от моста Алленби, вблизи Мертвого моря. Изолировать Караме с востока поручалось разведроте 35-й десантной бригады, которой командовал Матан Вильнаи. Бойцы этого подразделения должны были высадиться с десяти вертолетов на западном склоне Моавских гор и лишить находившихся в Караме боевиков возможности пешего бегства на восток.

Наконец, непосредственная задача захвата поселка ставилась перед основными силами 35-й бригады, которые должны были пересечь Иордан по мосту Алленби вслед за танками 7-й бригады и сразу же двинуться на север, к Караме. Эти силы насчитывали порядка 800 бойцов, 70 бронетранспортеров и семь танков. В тактической группе 7-й бригады, которая должна была действовать на восточном берегу Иордана, было 40 танков. Участвовавшие в операции силы ЦАХАЛа могли рассчитывать на тактическую поддержку израильских ВВС.

Уже и эти сведения дают представление о недооценке опасностей, связанных с проведением операции "Тофет". Помимо сил, которым поручалось решение отдельной тактической задачи у моста Дамия, вдали от основного района планируемой операции, на восточный берег Иордана направлялось менее полусотни израильских танков, тогда как иорданская армия держала в районе Караме 105 танков. При этом было известно, что маневр израильских сил будет затруднен весенним разливом Иордана, густой растительностью на его берегах и топкостью размокшей глинистой почвы, затруднявшей движение по бездорожью даже для гусеничного транспорта. Танковые силы Иордании, базировавшиеся вдали от реки на твердом грунте, были свободны от этих ограничений, но израильское командование планировало операцию так, будто у него имелась стопроцентная гарантия невмешательства иорданской армии в боевые действия в районе Караме.


Схема боя в Караме

Парралельно с операцией "Тофет" один из батальонов 35-й десантной бригады, батальон 401-й танковой бригады и взвод из подразделения рейдовой разведки "Шакéд" должны были осуществить операцию "Асýта" ("Здоровье") к юго-востоку от Мертвого моря. Этим силам следовало захватить и взорвать иорданскую полицейскую крепость в деревне Ас-Сафи и уничтожить передовые базы палестинских боевиков, располагавшиеся вблизи деревень Ас-Сафи, Фейфа, Дахль и в вади Ханзира.

ЦАХАЛ не сумел полностью скрыть сосредоточение своих сил и дал иорданцам повод ждать активных израильских действий, о чем можно было судить по некоторым заявлениям короля Хусейна и премьер-министра Тальхуни, но по указанной выше причине этому не придавалось большого значения. Операция началась в назначенный срок, на рассвете 21 марта 1968 года.

Первым неприятным сюрпризом для ЦАХАЛа стало то, что переправившиеся на восточный берег Иордана танки 7-й бригады сразу же оказались под огнем иорданской артиллерии, а потом и вовсе попали под встречный огонь танков противника. Также и на следующем этапе почти все разделившиеся по районам своих тактических задач подразделения этой бригады оказались в т.н. огневых мешках (killing zone) –заранее подготовленных противником зонах эффективного поражения. На севере, в районе моста Дамия, танки территориальной бригады Рефаэля Эйтана завязли в вади, по которому они пытались обойти находившиеся у моста иорданские укрепления, и комбригу пришлось дать приказ о фронтальной атаке этих позиций усиленной танковой ротой и ротой мотопехоты. С их захватом трудности не закончились: действовавшим на плацдарме у моста Дамия старым израильским "Шерманам" противостояли современные "Паттоны" 60-й иорданской бригады. В пользу противника играло и то, что в утренние часы наступавших на восток израильских танкистов слепило солнце.

Из-за плохой согласованности действий израильского командования разведрота десантников высадилась к востоку от Караме уже после того, как израильские самолеты разбросали в этом поселке листовки, призывавшие его жителей немедленно покинуть район боевых действий. Жители из Караме ушли, но боевики ФАТХа и НФОП получили достаточно времени для того, чтобы подготовиться к обороне, а Ясер Арафат – чтобы бежать из Караме на мотоцикле. Частью произведенных палестинцами тактических приготовлений стало размещение боевых групп на обращенных к поселку горных склонах, из-за чего не десантники разведроты Матана Вильнаи застали противника врасплох, а сами они были встречены противником в зоне, где производилась высадка вертолетного десанта. Завязнув в столкновениях с боевиками, разведрота так и не смогла занять позиции, которые позволяли бы ей блокировать отход палестинских сил на восток, и ее вскоре пришлось эвакуировать.

Основные силы 35-й десантной бригады вышли ночью из расположенного в Иудейской пустыне лагеря Наби-Муса и пересекли Иордан следом за танками Гонена. Около 7 часов утра они вошли в Караме с двух сторон и, преодолевая ожесточенное сопротивление противника, стали занимать квартал за кварталом в этом поселке. Тем временем начальник Генштаба Бар-Лев, сопровождаемый командующим бронетанковыми войсками Исраэлем Талем, прибыл на командный пункт операции и, выслушав от находившегося там начальника Инструкторского управления ГШ Ариэля Шарона доклад о тяжелом положении израильских сил в районе Караме, принял рекомендацию Таля о немедленном отводе частей ЦАХАЛа на западный берег Иордана. В 11 часов находившимся в поселке батальонам и инженерно-диверсионной роте 35-й десантной бригады было приказано прекратить дальнейшее продвижение, взорвать захваченные здания и приготовиться к отходу.


Слева направо: Хаим Бар-Лев, Рефаэль Эйтан и Исраэль Таль, король Хусейн у подбитого в Караме израильского танка

Завершившаяся частичным тактическим успехом, операция "Тофет" оказалась совершенно провальной в политическом отношении. Потери ЦАХАЛа в ней составили 33 убитых, 160 раненых, двое пропавших без вести. 27 израильских танков были повреждены, два самолета потеряны. Один из них, истребитель-бомбардировщик "Ураган", подбитый иорданским огнем, разбился у Дженина; другой, "Мираж-3", также поврежденный зенитным огнем противника, разбился при посадке на израильском аэродроме. ЦАХАЛ оставил на поле боя подбитыми или увязшими в топкой почве четыре танка, три грузовика и два бронетранспортера. На фоне этих трофеев охотно фотографировались впоследствии палестинские боевики. Сняться со своей свитой у подбитого израильского "Центуриона" не преминул и король Хусейн.

Потери противника были существенно больше, но при этом ему удалось воспрепятствовать решению тех задач, которые ставило перед собой израильское командование. Всего в обеих операциях, проведенных ЦАХАЛом 21 марта, было убито, по самой скромной оценке, 128 палестинских боевиков и 61 военнослужащий иорданской армии. У иорданцев было не менее 108 раненых, у палестинцев – примерно столько же раненых и около 140 пленных. В поселке Караме было разрушено 175 зданий. Не менее 28 иорданских танков были повреждены и два танка захвачены израильскими войсками. При этом следует учитывать, что в проводившейся южнее Мертвого моря операции "Асута" ЦАХАЛ без потерь со своей стороны уничтожил полсотни палестинских боевиков, и с учетом этого обстоятельства соотношение израильских и иордано-палестинских потерь в районе Караме меняется в худшую для Израиля сторону. Командовавший израильскими силами на юге полковник Ашер Леви сказал о событиях этого дня: "Все вышло по названиям операций: у нас было здоровье, в Караме – инферно".

Обещанной Бар-Левом "гладкой операции" не получилось. После горького поражения арабов в Шестидневной войне эффективное сопротивление, оказанное иорданцами и палестинцами отборным силам ЦАХАЛа, воспринималось как победа, имевшая тогда огромное морально-психологическое значение для арабского мира. С израильской стороны, напротив, в связи с подготовкой и проведением операции в Караме обнаружились признаки разболтанности, излишней самонадеянности и недооценки противника, которые позже станут восприниматься как следствие эйфории, воцарившейся в стране после Шестидневной войны, и предвестие трагических неудач, выпавших на долю Израиля в Войну Судного дня.

Для ООП бой в Караме стал настоящей легендой, а для Хусейна – одновременно триумфом и источником тягостных опасений, обусловленных тем, что достигнутый там успех повысил престиж палестинских организаций, обеспечил им приток новых кадров, затруднил задачу контроля над ними и закрепил за ООП видную роль в общем контексте ближневосточной политики.


* * *

События развивались быстро: военизированные палестинские организации чувствовали себя в Иордании вольготно и все менее охотно подчинялись правительству этой страны, так что их присутствие на иорданской земле стало выглядеть "государством в государстве". Постоянные террористические атаки вынуждали Израиль предпринимать ответные меры, в результате которых из прилегающих к Иордану районов в глубь Иордании бежало порядка 70 тысяч жителей. Попытки короля заставить палестинских боевиков согласовывать свои действия с правительством Иордании игнорировались Арафатом и его окружением. В ноябре 1968 года это привело к первым серьезным столкновениям между иорданской армией и входящими в ООП группировками, среди которых выделялся своей активностью марксистский НФОП, нашедший себе союзников среди иорданских баасистов и коммунистов.

Тем не менее, до крупномасштабного внутреннего конфликта дело тогда не дошло, и с восстановлением порядка правительством Иордании и ООП было заключено Соглашение из семи пунктов (Seven-point agreement), само содержание которого ясно говорит о том, с какого рода проблемами столкнулись тогда иорданские власти. Членам палестинских организаций запрещалось ходить по городам одетыми в военную форму и при оружии, останавливать и обыскивать гражданские транспортные средства, соревноваться с иорданской армией в рекрутировании новобранцев. Им предписывалось иметь при себе иорданские документы, а их транспортным средствам - иметь иорданские номерные знаки. За иорданскими властями признавалось право расследовать совершаемые ими преступления. С целью урегулирования споров между палестинскими организациями и правительством Иордании учреждался совместный совет представителей короля и ООП.

Но конфликт не был этим исчерпан. Палестинские организации систематически нарушали свои обязательства, и когда Хусейн поддержал попытки США привести к урегулированию арабо-израильского конфликта, палестинцы, опасавшиеся, что король заключит сепаратное соглашение с Израилем, приступили к подготовке открытого бунта. В их среде все чаще звучали призывы превратить Иорданию в "арабский Ханой" – по названию столицы Северного Вьетнама, оказывавшего всестороннюю поддержку коммунистическим повстанцам в Южном Вьетнаме.

В феврале 1970 года король Хусейн посетил египетского президента Насера, которого он рассчитывал уговорить не противиться возможному заключению Иорданией соглашения с Израилем, и американского президента Ричарда Никсона, который, как он полагал, займет более жесткую позицию в отношении Израиля, чем его предшественник Линдон Джонсон. По возвращении в Аман король опубликовал указ из десяти пунктов (Ten-point edict), вводивший дополнительные ограничения для палестинских организаций, и это сразу же привело к началу вооруженных столкновений в иорданской столице, в которых погибло около трехсот человек. Устрашившись результатов принятого им решения, Хусейн отправил в отставку министра внутренних дел и выступил с примирительным по отношению к ООП заявлением, в котором прозвучала фраза "все мы фидаюны", т.е. все мы готовы пожертвовать собой ради ликвидации Израиля.

Эта риторика и, главное, очевидный страх короля перед ООП привели к созданию в Иордании параллельной палестинской системы пропускного контроля, таможенных проверок, денежных поборов и т.п. Вооруженные столкновения не прекратились полностью, и в период с февраля по июнь 1970 года в них погибло около тысячи человек. Но окончательным сигналом к бунту для палестинцев стало то, что в июле Египет и Иордания приняли план Уильяма Роджерса, поддержанный позже и Израилем. В самом Израиле результатом этого стал выход Херута и Либеральной партии из возглавлявшегося Голдой Меир правительства национального единства (Меир сменила на посту премьер-министра Леви Эшколя, скончавшегося в феврале 1969 года). Согласие сторон принять план госсекретаря США открыло дорогу к заключению израильско-египетского соглашения о прекращении огня, положившего конец Войне на истощение в зоне Суэцкого канала.

Палестинцы опасались, что следующим шагом станет заключение израильско-иорданского соглашения, которое сделает существование ООП ненужным для арабских государств, и не хотели больше откладывать открытое выступление против короля Хусейна. В их среде также случилась серия расколов, в результате которых из НФОП выделились две новые структуры: Демократический фронт освобождения Палестины (ДФОП, лидером этой организации стал Наиф Хаватме) и Народный фронт освобождения Палестины – Главное командование (НФОП – ГК, под руководством Ахмеда Джибриля). В вопросе о свержении хашимитской монархии Хаватме, Джибриль и лидер НФОП Жорж Хабаш были едины. Арафат не был настроен столь решительно, но выступить против партнеров он не осмелился, и в восстании приняли участие все палестинские группировки.

* * *

Мятеж вспыхнул 1 сентября 1970 года. В этот день палестинскими террористами было совершенно безуспешное покушение на жизнь короля Хусейна, после чего в Аммане начались бои между иорданскими правительственными войсками и боевыми отрядами объединенных в ООП группировок.

6 сентября на законсервированном военном аэродроме Dawson’s Field в районе иорданского города Зарка приземлились самолеты авиакомпаний TWA и Swissair, захваченные боевиками НФОП, и их пассажиры были объявлены заложниками. Туда же террористы планировали доставить вылетевший из Амстердама самолет компании "Эль-Аль", но попытка его захвата была сорвана охранником и пассажирами рейса, после чего израильский борт приземлился в Лондоне. Удаче израильтян способствовало то, что двое из четырех членов планировавшей захват террористической группы не были допущены в Амстердаме на борт "Эль-Аль" из-за того, что их сенегальские паспорта, имевшие последовательные номера, вызвали подозрения израильской службы безопасности. Эти двое позже в тот же день захватили Boeing 747 авиакомпании Pan American, но посадить столь крупный борт на летном поле Dawson’s Field оказалось невозможно, и захваченный самолет, совершив промежуточную посадку в Бейруте, в конце концов оказался в Каире. Несколько дней спустя на аэродроме у Зарки был посажен еще один захваченный террористами самолет, принадлежавший компании British Overseas Airways Corporation.

Король отправил премьер-министра в отставку, создал военное правительство, сделал его главой генерала Мухаммада Дауда, назначил фельдмаршала Хабиса Маджали командующим иорданскими войсками и поручил планирование операций против палестинских террористов пакистанскому генералу Зия-уль-Хаку, будущему начальнику Генштаба и президенту своей страны, возглавлявшему в 1970 году ее военную миссию в Аммане. Иорданские войска вошли в Амман и начали параллельные операции в Зарке, Эс-Салте, Сувайлихе и в районе Ирбида. Армия короля численно превосходила палестинские отряды в три-четыре раза, но ее основное преимущество обеспечивалось применением тяжелого вооружения и авиации. Кардинальный вопрос состоял в том, сможет ли Хусейн рассчитывать на лояльность своей армии и решится ли он использовать ее в полную силу. Когда в этом не осталось сомнений, стало ясно, что ООП проигрывает войну с королем.


Слева направо: Арафат и Хаватме (справа) на пресс-конференции в Аммане в июне 1970 г.,
захваченные террористами самолеты на иорданском аэродроме, генерал Зия-уль-Хак

Шанс мятежникам дала Сирия, баасистское руководство которой издавна выступало в роли патрона палестинских организаций и никогда не оставляло надежд на создание "Великой Сирии". 18 сентября усиленные танковыми бригадами части 5-й сирийской пехотной дивизии пересекли иорданскую границу, обозначив готовность Дамаска напрямую содействовать свержению хашимитского режима. Через два дня в Ирбидском нагорье находилось уже около трехсот сирийских танков. Ситуацию дополнительно осложняло то, что в Иордании еще со времени Шестидневной войны находилась 3-я иракская танковая дивизия. Гражданская война в любой стране становится подарком для ее соседей; это общее правило, как и политическая позиция Багдада, все охотнее соревновавшегося с Дамаском в претензиях на роль главного покровителя палестинцев, заставляли короля ожидать, что вместе с сирийскими против него выступят и иракские силы.

Вынужденный держать часть своих войск в зоне базирования иракской дивизии, он не мог одновременно вести внутреннюю войну с палестинскими военизированными организациями и оказывать эффективное сопротивление Сирии. Оказавшись в отчаянном положении, Хусейн обратился за помощью к США и Великобритании. Вызвав послов среди ночи, он потребовал "немедленного, сей же час, физического вмешательства на суше и в воздухе для обеспечения суверенитета, территориальной целостности и независимости Иордании". Американцы были готовы помочь королю, но переброска их сил из Европы требовала времени, которого у Хусейна уже не оставалось. В этой ситуации США обратились к Израилю с просьбой спасти хашимитский режим, дав ему твердые гарантии помощи на случай вмешательства СССР в военный конфликт на стороне Сирии.

Израиль в кратчайшие сроки сосредоточил ударную группировку на Голанских высотах, обозначив тем самым свою готовность начать наступление в сторону Дамаска. Его самолеты производили имитацию атак над сирийскими танковыми колоннами. США, со своей стороны, усилили группировку своего 6-го флота в Восточном Средиземноморье, и на фоне этих маневров Белый дом предупредил Кремль о том, что если Сирия не выведет свои войска из Иордании, Израиль осуществит вторжение на ее территорию. Предпринятые меры возымели эффект, и 22 сентября сирийские силы начали отход, преследуемые иорданскими войсками.

После этого Хусейн снова взялся за палестинцев, однако теперь Арафата спасло энергичное политическое вмешательство Насера, и король опять не сумел закончить работу. 26 сентября он вынужденно заменил генерала Дауда на гражданского премьер-министра Ахмеда Тукана, а еще день спустя прибыл в Каир и заключил там в присутствии арабских лидеров соглашение с Арафатом.

Это соглашение, рассматривавшее Иорданию и ООП как равноправных партнеров, носило унизительный для короля характер. Им, в частности, определялось, что Иордания "будет оказывать поддержку палестинскому освободительному движению", что вооруженные силы обеих противоборствующих сторон будут выведены из городов и что все удерживаемые сторонами узники будут освобождены. Единственный благоприятный для Иордании пункт соглашения признавал ее полицию единственной силой, ответственной за поддержание внутреннего порядка в стране.


* * *

У Хусейна не было причин считать, что Арафат и веселые ребята из марксистских фронтов будут относиться к этому соглашению уважительнее, чем к своим прежним обязательствам, но Насер заставил его подчиниться. Кажется, это непросто далось египетскому президенту: на следующий день после подписания Каирского соглашения Иордании с ООП он внезапно скончался от инфаркта в возрасте 52 лет. В период реорганизации политической власти в Египте, до окончательного утверждения Анвара Садата в должности президента этой страны, вмешательство Каира в иордано-палестинский конфликт сократилось до минимума. Вскоре в аналогичном положении оказалась и Сирия, где 13 ноября 1970 года произошел военный переворот, в результате которого Хафез Асад, отстранивший от власти Салаха Джадида и его сторонников, сделался единоличным правителем государства. До его избрания президентом 22 февраля 1971 года сирийцам было не до Иордании.

Но уже и со смертью Насера палестинцы лишились столь необходимой им политической "крыши". Арафат быстро осознал это и уже 13 октября заключил с королем Хусейном новый договор, в основном повторявший "семь пунктов" 1968 года и, безусловно, затрагивавший интересы палестинских организаций намного серьезнее, чем заключенное две недели назад при содействии Насера соглашение с королем. НФОП и ДФОП категорически отказались следовать новым обязательствам Арафата. Более того, раздухарившиеся лидеры марксистских фронтов смогли провести в Палестинском национальном совете (своего рода парламент ООП) резолюцию, объявлявшую, что Иордания станет частью будущего палестинского государства.


Слева направо: Арафат, Насер и Хусейн при подписании Каирского соглашения 27 сентября 1970 г., за день до смерти Насера;
группа боевиков НФОП в Иордании, 1969 г.; эмблема НФОП; эмблема ДФОП

Король и его генералы, только и мечтавшие о том, чтобы довести до конца операцию против ООП, с радостью ухватились за этот повод. Навязанный Хусейну премьер-министр Тукан был отправлен в отставку, его место занял Васфи Ат-Таль. К январю 1971 года иорданская армия, установила свой контроль над основными городами страны и начала операцию вдоль шоссе, ведущего из Аммана в Джараш (библейский Гéреш); изолировав находившиеся там лагеря палестинских боевиков друг от друга и от ближайших к ним городов, она приступила к их планомерному уничтожению. Палестинские организации согласились разоружиться, но в марте в Ирбиде был обнаружен принадлежавший им склад оружия, после чего королевская армия осадила этот город и начала продвижение к его центру, производя массовые аресты палестинских активистов. Большинство из них было изгнано из Иордании, и в начале апреля Ирбид уже находился под полным контролем правительства.

Тем не менее, 5 июня, в четвертую годовщину начала Шестидневной войны, радио Багдада передало призыв Арафата и других палестинских лидеров к свержению короля Хусейна. Этот шаг объявлялся единственным способом предотвратить заключение мира между Иорданией и Израилем. Иорданская армия приступила тем временем к зачистке последнего значительного района, остававшегося под властью ООП. Там, между Джарашом и Аджлуном, находилось порядка трех тысяч боевиков, и их сопротивление было сломлено в июле 1971 года. На этой стадии многие воины Арафата совершали самое постыдное, с их собственной точки зрения: они бежали в Израиль и сдавались солдатам ЦАХАЛа. Перспектива попасть в израильскую тюрьму пугала палестинских боевиков куда меньше, чем ждавшая их в Иордании расправа.

Как иорданское правительство, так и ООП пытались впоследствии преуменьшить число жертв описанных выше событий, заявляя о 2500 (иорданская версия) и 3400 (версия ООП) погибших в период с сентября 1970 по июль 1971 года, однако израильские разведслужбы, внимательно следившие за ситуацией в соседней стране, оценивали число палестинцев, убитых тогда иорданскими войсками, в 20 тысяч человек.

Результатом этих событий стало удаление палестинских баз и штабов с территории Иордании. С целью мести королю и осуществления иных диверсий, которые ООП не хотела официально брать на себя, была создана тайная организация "Черный сентябрь", первым терактом которой стало убийство иорданского премьера Васфи Ат-Таля 28 ноября 1971 года, а в следующем году этой же организацией были совершены такие громкие теракты, как захват летевшего из Брюсселя в Тель-Авив самолета авиакомпании Sabena (его пассажиры были освобождены в аэропорту бойцами спецподразделения Сайерет Маткаль, среди которых были два будущих премьер-министра Израиля, Эхуд Барак и Биньямин Нетаниягу) и убийство израильских спортсменов на Олимпиаде в Мюнхене.

Король Хусейн твердо осознал в сентябре 1970 года, что реальным гарантом существования его режима является Израиль, и это обстоятельство играло впоследствии важную роль в политике Иордании по отношению к нашей стране. А в непосредственно интересующем нас разрезе главным является то, что после иорданских событий 1970-1971 гг. в основную базу палестинских военизированных организаций превратился Ливан, ставший убежищем для многих бежавших из Иордании боевиков во главе с Арафатом.

Продолжение следует

"Вести", 28 сентября 2017
Tags: ближневосточные войны, первая ливанская, черный сентябрь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments