yaqir_mamlal (yaqir_mamlal) wrote,
yaqir_mamlal
yaqir_mamlal

Categories:

еще юбилейного № 3

Первая ливанская война, 1982-2017

Часть III. Гражданская война

Дов Конторер

Захват самолета авиакомпании Sabena и убийство израильских спортсменов в Мюнхене были совершены уже в тот период, когда Ливан стал главной базой палестинских военизированных организаций, но сюрпризы такого рода и прежде преподносились Израилю из Ливана. В июле 1968 года следовавший из Рима в Тель-Авив самолет авиакомпании "Эль-Аль" был захвачен и посажен в Алжире боевиками НФОП, жившими и прошедшими подготовку в Ливане. Ради освобождения пассажиров этого рейса израильскому правительству пришлось выпустить на свободу более двадцати террористов.

Несколько месяцев спустя НФОП записал на свой счет нападение на готовившийся к отлету из Афин самолет "Эль-Аль", жертвами теракта стали пассажир и бортпроводница. Ждать дополнительных нападений на свои воздушные суда Израиль не стал, и через два дня после афинской атаки, 28 декабря 1968 года, Леви Эшколь утвердил проведение операции "Тшурá" ("Дар"). В Бейрут отправился диверсионный отряд под командованием Рефаэля Эйтана, состоявший из 66 бойцов Сайерет Маткаль и разведроты десантников. Высадившись в бейрутском аэропорту с трех вертолетов, отряд взорвал на взлетном поле четырнадцать находившихся там самолетов арабских авиакомпаний, после чего благополучно вернулся в Израиль. В ходе этого рейда, удостоившегося специального осуждения Советом безопасности ООН, не было жерт ни с израильской, ни с арабской стороны.

Но с превращением Ливана в главную базу палестинского террора по результатам событий, описанных в предыдущей части данного очерка, интенсивность диверсий, осуществляемых с его территории, значительно возросла. Помимо уже упоминавшегося убийства спортсменов в Мюнхене и захвата следовавшего в Израиль бельгийского самолета, следует отметить и такую террористическую атаку 1972 года, как убийство 24 человек в израильском международном аэропорту. По заказу НФОП этот теракт совершила маоистская террористическая организация "Японская Красная армия", объявлявшая своими врагами мировой капитализм, сионизм и "советский ревизионизм".

Интересно, что партнерство с ней оказалось возможным для НФОП, параллельно состоявшего в достаточно тесной связи с советскими спецслужбами. Отправка в Израиль террористов неарабской внешности, имевших подлинные паспорта государств, в отношении которых у израильских служб безопасности не было особых подозрений, открывало дополнительные возможности перед палестинцами, и те находили разнообразные способы для взаиморасчетов со своими партнерами, будь то обучение военному делу в находившихся на территории арабских стран лагерях, снабжение документами, оружием и т.п. Такой террористический бартер процветал в семидесятые годы прошлого века, и НФОП, например, охотно завязывал связи с итальянскими "Красными бригадами", баскской ЭТА, "Ирландской республиканской армией", канадским "Фронтом освобождения Квебека". Партнерство с японскими маоистами оказалось для организации Жоржа Хабаша особенно продуктивным.

Мюнхен 1972; плакат "Японской Красной армии"; здание школы "Януш Корчак" в Кирьят-Шмоне после захвата террористами

Для Израиля не было секретом то, что центром планирования направленных против него терактов международного профиля стал Бейрут. К таковым добавлялись террористические атаки, регулярно осуществлявшиеся боевиками ФАТХа, НФОП, ДФОП и пр. непосредственно с территории Ливана. В их числе можно упомянуть убийство восемнадцати израильтян в Кирьят-Шмоне 11 апреля 1974 года, захват заложников в Маалоте 13 мая 1974 года (в результате этой атаки погибли 27 человек), убийство трех жителей Нагарии и солдата ЦАХАЛа 25 июня 1974 года, захват заложников в тель-авивской гостинице "Савой" 4 марта 1975 года (одиннадцать убитых), убийство трех израильтян в галилейском мошаве Кфар-Юваль 15 июня 1975 года.

Неизбежным ответом на эти диверсии становились израильские бомбардировки и наземные рейды, осуществлявшиеся главным образом в Фатхлэнде и в других прилегающих к границе с Израилем районах Ливана, но также и операции в удаленных точках этой страны. Так, 20 февраля 1973 года севернее Триполи, в 180 километрах от границы с Израилем, высадились с моря два сводных отряда десантников 35-й бригады и подразделения морских коммандос, каждый из которых насчитывал порядка полусотни бойцов. Отряд под командованием Амоса Ярона атаковал объекты террористов в лагере беженцев Нахр-эль-Барид, расположенном в шестнадцати километрах от Триполи, тогда как отряд под командованием Узи Яири провел параллельную операцию в лагере беженцев Беддауи, примыкающем к этому ливанскому городу. В Нахр-эль-Бариде были уничтожены морская база ФАТХа, т.н. "штаб вооруженной борьбы" и штаб-квартира НФОП. В Беддауи израильские бойцы уничтожили местную штаб-квартиру ФАТХа, принадлежавший этой организации склад оружия и две тренировочные базы, одна из которых принадлежала ФАТХу, другая НФОП.

Прикрытие от возможного вмешательства сирийцев с находящейся в шестидесяти километрах от Триполи военно-морской базы в Тартусе осуществлялось двумя ракетными катерами израильских ВМС. Выполнив свою задачу, оба отряда были эвакуированы из окрестностей Триполи вертолетами. Всего в этой операции, проводившейся под общим командованием старшего офицера пехотных и воздушно-десантных войск Иммануэля Шакеда, израильскими бойцами было убито 45 и ранено порядка 60 палестинских боевиков; в Израиль был доставлен турецкий инструктор по тактике диверсионной войны, плененный в лагере Нахр-эль-Барид. Потерь убитыми у ЦАХАЛа не было; девять израильских бойцов, включая командира разведроты 35-й бригады Авнера Хермони, получили ранения. Среди раненых был и офицер подразделения морских коммандос Илан Эгози, потерявший правый глаз и правую руку при попытке отбросить гранату, упавшую рядом с израильскими бойцами в ходе штурма одного из объектов противника. За свой подвиг Эгози, ранее награжденный медалью "За отличие" как участник десантного рейда на расположенный в Суэцком заливе остров Грин (операция "Бульмýс-6" в июле 1969 года), был награжден медалью "За отвагу", второй по значению военной наградой Израиля. Вернувшись после лечения в армию, он участвовал в Войне Судного дня и позже командовал курсом боевой подготовки морских коммандос.

За рейдом в Триполи последовала 9-10 апреля 1973 года операция "Молодая весна", в ходе которой высадившимися с моря бойцами спецподразделения Сайерет Маткаль, морскими коммандос и десантниками 35-й бригады были атакованы пять объектов террористической инфраструктуры в Бейруте. При проведении этой операции было убито до ста палестинских боевиков, включая начальника контрразведки ФАТХа Мухаммеда-Юсуфа Ан-Наджара, главу оперативной инфраструктуры ФАТХа в Иудее и Самарии Камаля Адвана (оба параллельно состояли в тайной террористической организации "Черный сентябрь") и руководителя пресс-службы ООП Камаля Насера. Израильские силы потерял убитыми в Бейруте двух бойцов 35-й бригады - лейтенанта инженерно-диверсионной роты Авиду Шура и сержанта разведроты Хаггая Мааяна.


* * *

Независимо от намерений Израиля, видевшего свою исключительную задачу в пресечении террористической активности палестинцев, косвенным эффектом этих и других подобных операций ЦАХАЛа становился ущерб политическому престижу правительства Ливана и, как следствие, подрыв внутренней стабильности в этой стране. Нельзя сказать, что бы ливанские власти не осознавали причинно-следственной связи между диверсионной активностью ООП и этим прискорбным результатом. В мае 1973 года ими была предпринята еще одна попытка ограничить деятельность палестинских военизированных организаций, но, не добившись успеха, они были вынуждены подтвердить действие Каирского соглашения, заключенного тремя годами раньше и позволявшего боевикам ООП атаковать Израиль с территории Ливана. При этом стало ясно, что ООП, обросшая связями в левых и мусульманских кругах, стала чрезвычайно влиятельной силой во внутриливанской политике.


Вынос раненых в Маалоте; Илан Эгози после награждения в обществе подруги, командующего ВМС
и командира морских коммандос; бейрутская квартира Камаля Адвана после визита израильского спецназа

Война Судного дня и, в еще большей степени, успешное использование нефтяного эмбарго как средства давления на поддерживавшие Израиль страны Запада в послевоенный период укрепили уверенность арабов в собственных силах. Спровоцированный арабским эмбарго энергетический кризис привел в семидесятые годы к повышению мировых цен на нефть с двух до сорока долларов за баррель, и ключевая роль Эр-Рияда в данном процессе ощутимо сказалась на репутации Саудовской Аравии и других государств исламского блока, вызвав у мусульман всего мира чувство гордости и убежденность в действенности их солидарности. Конкретно в Ливане следствием этого явилась радикализация политического настроения, господствовавшего в местных мусульманских кругах. Иначе говоря, ливанские мусульмане проявляли все меньше готовности терпеть политическую гегемонию христиан в своей стране и связанное с ней экономическое неравенство. Данное настроение усиливалось уверенностью в том, что США и Франция, бывшие прежде главными гарантами христианской гегемонии в Ливане, не станут рисковать своим влиянием в странах арабского мира ради ее сохранения и, во всяком случае, не станут ее защищать, если это потребует от них прямой интервенции.

К отмеченным переменам добавлялось растущее влияние шиитской общины, крупнейшей в Ливане, но получившей наименьшую долю участия во власти по условиям Национального пакта. Большинство живущих в Ливане шиитов принадлежит к направлению двунадесятников (они же иснаашариты), по названию т.н. двенадцати имамов из рода Али ибн Абу-Талиба. Согласно верованиям двунадесятников, составляющих до 80 процентов мировой популяции шиитов и занимающих господствующее положение в шиитских общинах Ирана, Ирака, Азербайджана и Бахрейна, исчезнувший в малолетнем возрасте двенадцатый имам Мухаммад аль-Махди должен вернуться в качестве мессии и возвестить приближение конца света. Другую часть ливанских шиитов составляют исмаилиты, для которых центральной фигурой является Исмаил, старший сын шестого имама Джафара ас-Садика, умерший или убитый при жизни своего отца и посмертно провозглашенный своими сторонниками скрытым имамом. В современном мире насчитывается порядка 15 миллионов исмаилитов, из которых около 100 тысяч живут в арабских странах, а остальные – в Афганистане, Пакистане и Кашмире.

Наблюдавшийся в семидесятые годы прошлого века рост политического самосознания и социальной активности ливанских шиитов связан с деятельностью Мусы Садра, учредившего в 1967 году Верховный совет мусульман-шиитов, а в 1974 году - т.н. "Движение угнетенных" (Харакат аль-махрумин), из которого уже с началом гражданской войны в Ливане выделилась вооруженная часть под названием "Амаль" ("Надежда"; это слово одновременно представляло собой аббревиатуру полного арабского названия данной структуры Афуаж аль-Мукауама аль-Любнания, или "Когорта ливанского сопротивления").

Ливанские шииты живут главным образом на юге страны, в долине Бекаа и в Бейруте, и их отношения с палестинцами были на раннем этапе весьма напряженными, поскольку именно юг Ливана был узурпирован ООП как база для нападений на Израиль. Это, с одной стороны, имело своим побочным эффектом брутальное поведение палестинских военизированных формирований по отношению к местному населению, а с другой – приводило к ответным операциям ЦАХАЛа, от которых местное население также страдало. Изменения в отношениях между шиитами и палестинцами наметились в 1973 году, когда Садр заключил соглашение с Хафезом Асадом, обеспечившее ливанским шиитам покровительство Сирии. И поскольку Сирия одновременно была патроном палестинцев, усилившиеся за счет соглашения с Асадом ливанские шииты смягчили свою позицию по отношению к палестинским организациям, но, как будет показано ниже, не настолько, чтобы сразу же оказаться в одном лагере с ними.

Сирийские амбиции в Ливане были обусловлены многими факторами – от идеологически мотивированного отказа смириться с произведенным по настоянию европейцев разделом Леванта на собственно Сирию и Ливан до стратегических опасений в контексте военного противостояния с Израилем. Сирийские правители хотели видеть Ливан естественной частью обращенного против Израиля общеарабского фронта, и его военная слабость вызывала их беспокойство: они опасались, что в нужный момент ЦАХАЛ сможет использовать слабость Ливана для совершения глубокого обходного маневра, который выведет его ударные силы через долину Бекаа к шоссе Бейрут – Дамаск и непосредственно к городам Хомсу и Хаме, двум важным промышленным центрам на севере Сирии. Кроме того, в Ливане у Сирии были существенные экономические интересы.

* * *

Учитывая важную роль палестинских организаций в последующих ливанских событиях, нельзя не упомянуть о том, что в июне 1974 года в палестинском движении случился раскол, связанный с принятием XII сессией Палестинского национального совета т.н. "поэтапного плана". Утверждению этого плана предшествовали заключение израильско-египетского и израильско-сирийского соглашений о разведении войск на Синае и на Голанских высотах после Войны Судного дня и созыв Женевской международной конференции по Ближнему Востоку. Абсолютно непримиримая по отношению к Израилю платформа ООП лишила палестинцев возможности участвовать в Женевской конференции, и Арафат, стремившийся вовлечь ООП в международный процесс, инициировал принятие плана, который должен был показаться умеренным в сравнении с прежними программными установками палестинской организации. Ключевые пункты этого плана гласили:

• Пункт 2. ООП будет добиваться всеми средствами и, прежде всего, с помощью вооруженной борьбы освобождения палестинской территории и создания на любой ее части, как только та будет освобождена, сражающейся национальной администрации.

• Пункт 4. Каждый шаг к освобождению будет шагом к осуществлению общей стратегии ООП, ведущей к созданию палестинского демократического государства в соответствии с ранее принятыми решениями Палестинского национального совета.

• Пункт 8. Палестинская национальная администрация сразу же по учреждении примет меры к объединению сражающихся государств с целью полного освобождения всей палестинской территории.

Иначе говоря, решением ПНС предписывалось создать палестинское квазигосударство на любой территории Эрец-Исраэль, которую покинет Израиль (например, в секторе Газы и/или в Иудее и Самарии), и этому квазигосударству заранее ставилась недвусмысленная задача стать базой дальнейшей вооруженной борьбы за создание палестинского государства "в соответствии с ранее принятыми решениями ПНС", то есть на всей территории от Иордана до Средиземного моря. Упоминанием о последующем "полном освобождении всей палестинской территории" снимались любые сомнения относительно истинной цели утвержденного ПНС промежуточного плана. Значительно позже, уже с подписанием соглашений "Осло", Арафат прямо ссылался на этот план как на основу своей стратегии, которая, как он надеялся, должна привести к уничтожению Израиля.

Но ретивым лидерам леворадикальных палестинских "фронтов", за исключением ДФОП, даже в такой постановке вопроса почудилась измена. Полагая, что взять нужно сразу и всё, они не искали временных решений и отказывались одобрить доктрину, предлагавшую брать по частям, с улучшением своих позиций на каждом следующем этапе. НФОП, НФОП - ГК, Арабский фронт освобождения (проиракские баасисты), "Ас-Саика" (просирийские баасисты), Палестинский фронт народной борьбы и ряд других мелких фракций покинули ООП в знак протеста против решения XII сессии ПНС. Они составили т.н. "фронт отказа" и именно их стараниями Ливан был опрокинут в дальнейшем в пучину гражданской войны. Последнее не относится разве что к "Ас-Саике", которая достаточно долго избегала прямого участия в ливанском конфликте в силу своей просирийской позиции.

* * *

13 апреля 1975 года Пьер Жмайель, лидер ливанских христиан-маронитов и основатель фалангистской партии Катаиб, должен был принять участие в освящении новой церкви в бейрутском квартале Айн-Румана, в связи с чем его охранниками было перекрыто несколько ведущих к месту церемонии улиц. Группа из шести боевиков НФОП, подъехавшая на джипе к одному из постов, отказалась подчиниться распоряжениям христианской охраны. Между палестинскими боевиками и охранниками Жмайеля завязалась перестрелка, в которой погибли три фалангиста и один палестинец.


Пьер Жмайель со сторонниками партии Катаиб; отряд фалангистов; шествие ФАТХа в Бейруте

Это были первые жертвы пятнадцатилетней гражданской войны в Ливане. Позже в тот же день в восточном Бейруте подвергся нападению автобус, в котором, по версии фалангистов, находились вооруженные палестинские боевики, а по версии палестинцев – возвращавшиеся в лагерь беженцев Тель-Заатар мирные жители. Считается установленным, что, по крайней мере, часть из находившихся в автобусе составляли боевики. Так или иначе, число жертв предпринятой фалангистами атаки составило тогда от 14 до 27 убитых палестинцев. Ответом на нее стал трехдневный минометный обстрел Айн-Руманы, и вскоре бои распространились на всю территорию Бейрута. Город разделила линия фронта, состоявшая из блокпостов, баррикад, превращенных в укрепленные позиции зданий и проволочных заграждений. Силы противоборствующих сторон оформились в две вооруженные коалиции, правохристианскую и палестинско-мусульманскую.

В состав первой вошли Катаиб, Национал-либеральная партия и ее военизированное крыло "Тигры", созданная в июле 1975 года группировка "Стражи кедров", организации "Марада" и "Танзим" (последнюю не путать с одноименными палестинской и христианской структурами). Позже этими группами, за исключением "Марады", была создана единая армия под названием Ливанские силы. Правохристианская коалиция объединяла в основном маронитов, но также часть греко-православных, шиитов и ассирийцев, принадлежащих к Ассирийской церкви Востока (несторианцы) и к Халдейской католической церкви. Лидерами этой коалиции стали Пьер Жмайель и его сыновья, Уильям Хауи (глава службы безопасности партии Катаиб), экс-президент Ливана Камиль Шамун, Этьен Сакер (командир "Стражи кедров), президент Ливана Сулейман Франжье (его сторонники состояли в организации "Марада"), Жорж Адуан (глава группировки "Танзим") и аббат Шарбель Кассис, представлявший орден маронитских монахов.

В ноябре 1976 года, после полутора лет гражданской войны, Ливанскими силами было учреждено совместное политическое руководство под названием Ливанский фронт, в котором видную роль играл политический интеллектуал Шарль Малик, один из соавторов Всеобщей декларации прав человека и министр иностранных дел Ливана в 1956-1958 гг. Малик был единственным православным в высшем руководстве Ливанского фронта, почти полностью состоявшем из маронитов.


Эмблемы христианских группировок в Ливане: Катаиб, НЛП, "Тигры", "Марада", "Стражи кедров", "Танзим"

Противоположную коалицию, взявшую себе название Национально-патриотические силы, составили, наряду с палестинскими группировками, Прогрессивно-социалистическая партия (ПСП), уже упоминавшаяся выше Сирийская социал-националистическая партия (ССНП), обе ветви ливанских баасистов (просирийская и проиракская), Партия независимых насеристов, Ливанская коммунистическая партия (ЛКП) и учрежденная в начале семидесятых годов Организация коммунистического действия (ОКД), вожди которой обвиняли ЛКП в "реформистских тенденциях".

Следует, однако, учитывать, что в ливанских условиях формальная политическая вывеска очень мало говорит о реальном характере той или иной организации. Так, ПСП объединяет главным образом друзов, традиционно враждебных маронитам и потому оказавшихся в воевавшем с христианами лагере, а созданная Антуаном Саадой ССНП опиралась в первую очередь на ливанскую православную общину, но также имела поддержку в секуляризованных мусульманских кругах. В 1958 году она выступила на стороне правительства, но в 1975 году присоединилась к палестинско-мусульманской коалиции. Партия независимых насеристов была суннитским движением и такими же были созданные ею боевые отряды "Мурабитун", часто упоминаемые в исторических источниках как суннитская милиция, без дополнительных пояснений.

Помимо Независимых насеристов, к оформившемуся левому блоку примыкали еще четыре группы того же идеологического толка: Объединенные силы трудового народа, Движение за реформы, Народная насеристская организация и Движение 24 октября. Последнее имело свою главную базу в Триполи и состояло в тесной связи с палестинскими организациями. Общее политическое руководство левого блока возглавил лидер ПСП Камаль Джумблат, рядом с которым заняли места Ибрагим Колейлат ("Мурабитун"), Асаад Хардан (ССНП), Жорж Сааде (ЛКП), Мохсен Ибрагим (ОКД), Ассем Кансо (просирийская фракция Баас) и уже известные читателям данного очерка лидеры палестинских организаций.

Эмблемы и флаги входивших в НПС группировок: ПСП, ССНП, "Мурабитун", просирийская ливанская Баас, ЛКП

На раннем этапе гражданской войны основная часть шиитской общины и живущие в Ливане армяне старались придерживаться политики вооруженного нейтралитета. Поведение армян было обусловлено тем, что их главная партия, Армянская революционная федерация (АРФ), она же Дашнакцутюн, или Дашнакская партия, в идеологическом отношении принадлежала к левому лагерю. Как христиане армяне сочувствовали Ливанским силам, но в качестве левых они тяготели к Национально-патриотическим силам. В принципе, религиозный фактор оказался сильнее: к ЛС отдельные армяне присоединялись намного чаще, чем к НПС. Тем не менее, в сентябре 1979 года, когда партия Катаиб, желавшая объединить под общим командованием все христианские кварталы ливанской столицы, попытались установить свой контроль над бейрутскими кварталами Бурдж-Хамуд и Нааба, в которых господствовала АРФ, армяне оказали фалангистам вооруженное сопротивление и отстояли свои кварталы, причем было убито около сорока человек.

Шиитская милиция "Амаль" также ограничивалась на первом этапе защитой населенных шиитами деревень и городских кварталов, причем ее основными противниками чаще всего оказывались палестинские боевики и коммунисты. Это положение изменилось под влиянием хомейнистской революции в Иране, вызвавшей в 1982 году раскол в движении "Амаль" и появление "Хизбаллы", для которой на первом месте стояла борьба с Израилем. Со временем к нападениям на силы ЦАХАЛа присоединился и "Амаль" – как под влиянием "Хизбаллы", так и в результате ряда затронувших шиитское население инцидентов в зоне израильского военного контроля на юге Ливана.


Муса Садр; флаг созданной им организации "Амаль", флаг Дашнакцутюн

Следует также отметить, что на раннем этапе гражданской войны традиционный суннитский истеблишмент не проявлял особенного сочувствия к борьбе левого блока. Причиной его сдержанности были опасения в связи с перспективой пересмотра Национального пакта в пользу шиитов, возросшая доля которых в населении Ливана очевидно не соответствовала скромному месту, отводившемуся данной общине в политическом управлении страной. На позиции традиционного суннитского истеблишмента сказывалось и то, что ему не могли импонировать революционные лозунги левых. Тем не менее, общая динамика религиозно окрашенного противостояния в Ливане достаточно скоро привела к самоотождествлению суннистского истеблишмента с борьбой мусульманско-палестинского блока.


* * *

После первых двух месяцев гражданской войны наметился шанс на прекращение конфликта. Президент Франжье отправил в отставку премьер-министра Рашида Сольха, вернул в кресло премьера Рашида Караме, и тот, заручившись политической поддержкой сирийцев, сумел сформировать чрезвычайное правительство, в которое вошли по шесть представителей от каждой из основных ливанских общин. В период его правления, с июня по сентябрь 1975 года, в Ливане соблюдалось прекращение огня.

Срыв этого перемирия многие исследователи связывают с закулисными действиями "третьей силы", которая была заинтересована в разжигании конфликта и добивалась нужного ей результата, поощряя анонимные террористические атаки, вызывавшие ответные действия атакованной стороны, и далее по кругу. Такой силой в связи с ливанским конфликтом были в 1975 году Ливия и Ирак, активно снабжавшие палестинцев оружием и, вероятно, стоявшие за некоторыми из совершенных теми нападений на христиан. Но также и Сирия, пытавшаяся стабилизировать ситуацию в Ливане, совершала контрпродуктивные действия, продолжая снабжать палестинцев оружием ради закрепления своего контроля над ними и стимуляции их диверсионных атак в приграничных районах Израиля. Чувствуя благодаря этим поставкам свою растущую силу, палестинские организации теряли заинтересованность в соблюдении ливанского прекращения огня.

Вооруженные столкновения в Ливане возобновились в значительных масштабах в сентябре 1975 года, и теперь уже боями оказались охвачены, помимо Бейрута, города Триполи, Захле и другие населенные пункты. Боевым действиям все чаще сопутствовали грабежи и массовые убийства, не направленные на непосредственно вовлеченных в конфликт комбатантов. Один из таких эпизодов вошел в историю как "черная суббота". В этот день, 6 декабря 1975 года, в Бейруте были обнаружены тела четырех зарубленных топорами христиан с несомненными следами глумления над трупами. В ответ на это фалангисты и "Тигры" убили за несколько часов от двухсот до шестисот палестинцев и мусульман в восточной части Бейрута. Сразу же после этого отряды противоположного лагеря убили 38 христиан, работавших в бейрутских гостиницах "Сент Джордж" и "Финикия".

В январе 1976 года стала разваливаться ливанская правительственная армия, не сумевшая сохраниться в качестве консолидированной воинской силы в условиях раздиравшей страну гражданской войны. Первым шагом к ее развалу стал отказ капитана-суннита Ахмеда Хатиба подчиняться приказам командования; созданная им Армия Арабского Ливана (ААЛ) стала впоследствии частью палестинско-мусульманского военного альянса. В целом же из 19 тысяч солдат и офицеров ливанской правительственной армии половина дезертировала и разошлась по домам, а другая дезертировавшая половина влилась в ряды боровшихся друг с другом вооруженных группировок.

В том же месяце фалангисты и их союзники развернули наступление на лагеря беженцев Тель-Заатар, Дбайе и другие районы в северной части Бейрута, имея своей целью обеспечить свободное сообщение по шоссе, соединяющему столицу Ливана с расположенным к северу от нее христианским городом Джуния. С этого момента к палестинско-мусульманскому альянсу примкнули ФАТХ и "Ас-Саика", ранее избегавшие активного участия в ливанском конфликте. Данное обстоятельство позволяет нам в дальнейшем условно именовать указанный альянс двойной аббревиатурой ООП-НПС – условно, поскольку некоторые из участвовавших в нем палестинских организаций формально не входили в ООП.

Палестинско-мусульманские силы ответили на христианское наступление к северу от Бейрута попытками атаковать христианские кварталы в южной части столицы и наступлением на город Захле, административный центр провинции Бекаа, лежащий у шоссе Бейрут – Дамаск, населенный в основном христианами и служащий центром Мелькитской греко-католической церкви в Ливане. Несмотря на значительное численное превосходство ООП-НПС, действия этого альянса были в целом менее успешны, чем действия христиан, но последние явно не могли добиться решительной победы над своими противниками. Стратегическим планом ЛС на этом этапе предположительно стало создание отдельного христианского государства в Горном Ливане и на северном участке ливанского побережья, с выходом к бейрутскому порту, т.е. примерно в тех границах, в которых был создан санджак Ливан в 1861 году.

Сирию такое развитие событий не устраивало, и она решила вмешаться в ливанский конфликт на стороне ООП-НПС. На первом этапе формой ее вмешательства стала отправка в Ливан четырех кадровых батальонов Армии освобождения Палестины (АОП). Этот шаг помог ООП-НПС выправить положение и, в частности, захватить расположенные к югу от Бейрута города Дамур и Саадият. Боевые действия в январе сопровождались громкими инцидентами, продемонстрировавшими исключительное взаимное ожесточение сторон. Так, 18 января при захвате бейрутского квартала Карантина христианскими силами было убито порядка полутора тысяч палестинцев и шиитов, из которых лишь немногие держали в руках оружие. 20 января боевиками ООП-НПС было убито до шестисот мирных жителей в христианском Дамуре.

Свою общую задачу Сирия все еще видела в восстановлении внутреннего мира в Ливане. В конце января стараниями Дамаска было заключено новое соглашение между ливанским правительством и ООП, требовавшее от палестинцев уважать ливанский суверенитет, вывести тяжелое вооружение из лагерей беженцев и координировать свои действия с официальным Бейрутом. Затем сирийцами был подготовлен проект конституционной реформы, официально представленный 14 февраля ливанским президентом Франжье. Сохраняя установленное Национальным пактом распределение высших государственных постов (президент – маронит, премьер-министр – суннит, спикер парламента – шиит, вице-спикер – греко-православный), этот проект, во-первых, сокращал долю христианского представительства в парламенте с 55 до 50 процентов, во-вторых, расширял полномочия премьер-министр за счет президента и, в-третих, открывал перед мусульманами, включая шиитов, многие посты в высшем и среднем звеньях ливанского госаппарата.

ООП-НПС отвергли предложенный Сулейманом Франжье проект конституционной реформы, и Сирия, поддерживавшая мусульманско-палестинский альянс на предыдущем этапе, теперь использовала свою силу для давления на него. Во второй половине марта батальоны сирийских коммандос были введены в основные зоны конфликта под видом подразделений АОП, а 9 апреля у ливанской границы была развернута сирийская танковая бригада. Убедившись в том, что предпринятые меры устрашения не дают результата, Сирия пошла на прямое вторжение в Ливан и в период с 1 по 9 июня 1976 года ее 3-я танковая дивизия попыталась установить контроль над Бейрутом и Сайдой. Наступающие части этой дивизии были остановлены отрядами ООП-НПС на горном участке ведущего к Бейруту шоссе и на подступах к Сайде, в ответ на что сирийские силы окружили Триполи во взаимодействии с христианами и полностью подчинили своему контролю долину Бекаа. По ходу этой операции христианским отрядам удалось наконец захватить расположенный в северной части Бейрута лагерь беженцев Тель-Заатар, осажденный ими еще в январе. Лагерь был захвачен 12 августа, за чем последовала уже обычная в то время резня. Число ее жертв оценивается в интервале от полутора до трех тысяч человек.


Захват Карантины; фалангисты в захваченном Тель-Заатаре; карта контроля в Ливане к концу 1976 г.:
сиреневым цветом - христиане, темно-зеленым - Сирия, салатовым - ООП-НПС

Летом 1976 года сложилась известная карта основных зон контроля в ливанской гражданской войне: юг до Дамура включительно и район Триполи на севере контролировались ООП-НПС; северная часть ливанского побережья от Бейрута до лежащего южнее Триполи Каламуна, но не включая его, и северная часть Горного Ливана находились под контролем христианских ЛС; долина Бекаа до западных подступов к Бейруту и самый северный участок ливанского побережья контролировались Сирией. За пределами контролируемой ЛС территории имелись два христианских анклава в Джезине и Захле, а формированиями ООП-НПС удерживались отдельные кварталы Бейрута.

Сложившееся положение было зафиксировано чрезвычайным Эр-Риядским саммитом ЛАГ, состоявшимся 17-18 октября 1976 года при участии Саудовской Аравии, Египта, Кувейта, Сирии и Ливана. Решением этого саммита с целью поддержания мира в Ливане учреждались Арабские силы сдерживания численностью в 30 тысяч военнослужащих, из которых 25 тысяч приходилось на сирийские войска, включая кадровые подразделения АОП, и еще пять тысяч на саудовские, суданские и ливийские части.

Этим перимирием, заслуженно определяемым как Pax Syriana, закончился первый период ливанской гражданской войны, продолжавшийся с апреля 1975 по октябрь 1976 года. Общие потери сторон составили в указанный период до сорока тысяч человек убитыми. Столь же подробное описание всех событий ливанской гражданской войны, продолжавшейся до заключения Таифского соглашения 22 октября 1989 года, не соответствует целям данного очерка, но некоторые из ее событий, имевших место до начала израильской операции "Мир Галилее" и в ходе нее, будут неизбежно упоминаться в дальнейшем.

В этой точке уместно отметить, что всего за годы гражданской войны в Ливане погибло около 150 тысяч человек, 200 тысяч получили ранения, около 17,5 тысяч пропали при невыясненных обстоятельствах, 790 тысяч вынужденно покинули места своего проживания, около миллиона уехали из страны навсегда. Ущерб, причиненный гражданской войной экономике Ливана, был оценен Международным валютным фондом в 25 млрд долларов. На фоне колоссальных потрясений, переживаемых в последние годы Сирией, Ираком, Ливией, Йеменом и другими арабскими странами, когда общие потери убитыми в результате раздирающих их конфликтов исчисляются миллионами, а число вынужденно покинувших места своего проживания в этих государствах и беженцев из них - десятками миллионов, приведенные выше цифры уже не производят такого впечатления, как прежде. Следует, однако, учитывать, что ливанский опыт саморазрушения предшествовал наблюдаемому нами сегодня и что речь идет о небольшой стране, население которой составляло в 1975 году 2,56 млн человек. Наконец, потери Ливана в результате гражданской войны почти вдвое больше совокупных потерь, понесенных всеми арабскими странами и палестинцами во всех войнах и вооруженных конфликтах с Израилем с 1947 года до настоящего времени.

Продолжение следует

"Вести", 3 октября 2017
Tags: ближневосточные войны, гражданская война в ливане, первая ливанская
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments